Казанский альманах 2020. Лунный камень

Одно было утешение – война была от нас далека, и мы не слышали её грохота. Кроме того, в деревне не было радио, и известия – что добрые, что печальные – доходили до нас с большим опозданием. Каждая семья жила по-своему, кто-то, по меркам военного времени, более-менее сносно, а кто-то очень плохо. Были случаи смерти от голодного истощения. Многое зависело от количества детей (их возраста) и стариков, от наличия кормилиц (трудоспособной хозяйки, дойной коровы, домашнего скота), житейски зрелого руководителя района, колхоза, бригады и от многих других обстоятельств того безумного времени.

Колхозники и сеяли, и жали, и пасли… Труд был бесплатный. На заработанные трудодни хлеба не получали. Всё уходило на нужды фронта. Основным продуктом питания из овощей считался картофель (второй хлеб), выращенный на своих 25-ти сотках. Но многим семьям и его на весь год не хватало, поскольку немалая его часть потреблялась домашней скотиной. Без хлебной поддержки картофель таял на глазах.

Весной при сходе снега вся детвора выходила на поле в поисках гнилой картошки. Она состояла из крахмальной жидкости, пригодной для выпечки лепёшек и стала спасательным средством для вечно голодных желудков несчастной детворы.

Чёрны наши губы, руки,

но картошка хороша!

Все заботы позабыты —

голод прочь, поёт душа!

Зимой в годы войны стояли жуткие морозы, которые были выгодны тем, что сильно морозили солдат вермахта, но плохи, что быстро истощали крестьянские закрома, рассчитанные до весны.

А вот лето облегчало наше положение. На еду годилась всякая трава (особенно лебеда и крапива), которой питалась вся сельская живность, а также грибы, ягоды, орехи…

Общая беда сплачивала людей. Главенствовало чувство локтя – ради выживания, ради победы, без которой никогда бы не высохло море слёз и горя. Конечно, нами, детьми дошкольного возраста, всё это воспринималось не так глубоко, как взрослыми. Мы оставались детьми, старались, как могли, скрашивать нашу жизнь разными играми, которые были позволительны при наших скудных возможностях.

Но с нас не снималась обязанность постоянно помогать нашим кормильцам овладевать навыками разнообразных крестьянских работ. Мы обожали лошадей, по ночам пасли их на лугу, обращаясь с ними по-взрослому. Вспомните, каков был Некрасовский мужичок с ноготок! Но лошадей, после отбора на нужды фронта, оставалось на весь колхоз всего шесть-семь голов.