Казанский альманах 2019. Коралл

На шум из него выбежали перепуганные люди. Один был раздет, без шапки, другой в накинутой на плечи лёгкой шубе. Увидев, что окружены, они снова исчезли в шалаше. Из него тут же появился молодой мужчина с копьём. Нападавшие метнули на шалаш аркан. Взмахнув копьём, пастух пытался отбросить его, однако петля успела зацепиться за верхушку.

За первой петлёй полетела вторая. Несколько сюннов ухватились за арканы и с дружным криком «хай-ху!» сильным рывком сдвинули шалаш с места, потом начали валить его.

Озадаченные пастухи, не зная что делать, бегали вокруг, крича и пытаясь сопротивляться, но ничего поделать не могли.

Один Аю-Мамак не растерялся. Спасаясь от летящей петли, он отпрыгнул в сторону. Стрелу, пущенную в него, сбил копьём. Во время короткой схватки он узнал среди сюннов Камаша.

– Ага, попался, Мышонок-Мамак?! – злорадно заорал тот. – В прошлый раз ты одолел меня, а теперь…

Но договорить ему не пришлось. В глазах Аю-Мамака вспыхнули ненависть и ярость. Изо рта вырвался звук, похожий на звериный рык, и копьё, единственное своё оружие, он с силой всадил в грудь врага.

Большое тело охотника Камаша качнулось назад и, не удержавшись на ногах, тяжело осело на снег. Он пытался ухватиться руками за торчавшее у него из груди копьё, но не смог и без сил рухнул на спину. По белому снегу расплылось чёрное пятно крови.

Аю-Мамак закричал от радости, но торжество его было недолгим – сзади кто-то успел накинуть на него аркан. Твёрдая, гладкая петля обвилась, как змея, и сдавила его тело.

Если не считать Камаша, сына Ярмека, набег обошёлся без крови. Пастухов взяли живыми, связали за спиной руки и увели с собой. Покосившийся шалаш сожгли, а тело Камаша вместе с убитыми собаками побросали в огонь. Скот, вяло щипавший на косогоре траву, копытами добывая её из-под тонкого пласта снега, изумлённый нежданной дикостью людей, погнали проторённой дорогой в Куксайскую долину.

VIII

На восточной окраине Куксайской долины, ближе к лесистым горам, есть плоские возвышенности.

На одну из них, самую большую и высокую, сюнны натаскали хворост. Одни на лошадях привозили его из леса, другие укладывали. Так поднялась огромная гора. Рядом поставили четыре столба, укрепив их на мёрзлой земле брёвнами крест-накрест. На столбах вровень с кучей хвороста соорудили деревянный помост и приставили к нему длинную лестницу.

Сегодня состоится здесь обряд поминания погибших на войне мужчин.