Творчество и потенциал. Выпуск 2

 – К сожалению, а может к счастью, точного ответа нет. – Конечно, следовало всё бросить и уйти. Но не ушёл. – Сзади взвизгнула собака. Старик обернулся, небольшой его кокер-спаниель, отчаянно мотал головой. – «Спокойно, Чарли, не крутись», – забормотал он, освобождая кудрявое ухо от висевшего на нём краба. – Что, испугался, дружок? – То-то. – Всему виной наше любопытство. – Сколько себя помнил, он любил собак и при случае держал их. – По крайней мере, они не предают. – Старик опустился на валун, лаская собаку.

Невдалеке, в бухте ныряли лысухи, пробуждая воспоминания о волнующем миге охоты. – Да, как это было прекрасно! Сжимая ружьё, он стоял на точке. – В поле смеркалось, и на светлом ещё небосклоне начали проявляться первые звёзды, озорно подмигивающие охотникам. Изогнутая шеренга стрелков молча томилась в цепи, ожидая вечернего перелёта. На фоне густого подлеска люди были практически не видны. А в поле, на ночную кормёжку налетая, стремительно планировали утки. Делая горку над вершинами деревьев и круто снижаясь, они, словно истребители, парами и тройками проносились над головами стрелков. Особо стремительно перемещались чирки. Нарастающий свист крыльев накрывал охотника внезапно, и тот не успевал прицелиться, а чирок уже исчезал вдали. Напрасно затем он крутил головой, стараясь заметить птицу загодя, ведь дальше могло и не повезти. Вечерний перелёт короток, и сумерки наступают быстро, а взятая при этом добыча напрямую зависит от хорошего зрения и удачной стрельбы.  – Хотя есть исключение – хорошая собака. Тогда он держал «гордона», и тот натаскал ему кучу подранков и сбитых уток. – Так и в нашей жизни: кто успел – тот на коне. А многим достаётся только свист пролетающей удачи. – Каждому своё. – Раньше волновало всё, а теперь жену конечно жалко. Так страшно умереть. – Судьба? – Возможно. – Хотя творим её мы сами. – Внушила, что не проживёт и дня, чуть дольше, чем мать её. Тем самым запрограммировав себя. – А зря. – На секции – здоровая фактура.  – Ещё могла пожить и нянчить внуков. – Да, жизнь прошла, и тяжесть лет давила плечи. Сейчас он рассуждал с собой: «Сын наркоман, тянувший деньги у отца, живёт в своей (другой) реальности. Ему не до него. Всё тащит вон, и доза – мерило всего!» – Но видит Бог, ему не жалко денег. Надежда умерла. Нет кровного в родстве единства. – Пропал геном, на нём заканчивается род. – А дочки? – Вьют гнёзда для себя, им не до отца, ведь мать-то умерла.