Исповедь коллекционера поражений

Группа из четверых парней, учеников десятого и одиннадцатого классов нашей школы, в сопровождении трех девушек-одноклассниц появилась возле турников и начала что-то вроде тренировки. Вернее, к занятию приступили только двое из них. Остальные выполняли роль компании или фона для тех, кто решил приложить усилия к совершенствованию своих тел. Наличие девушек дополняло картину радости и веселья для команды молодых людей и делало их времяпрепровождение далеким от скуки.

Вот только меня женское общество еще сильнее вводило в ступор.

И если я уже почти готов был подойти к ребятам, то их подруги вгоняли меня в жуткую краску. Я пыхтел, боролся со стеснительностью, переходящей в страх, шумно сопел носом и, наконец, решился. Нырнув с головой в состояние «будь, что будет», я широкими шагами направился в сторону турников, где занимающиеся на них ребята уже скинули с себя ветровки и свитера, оставались только в футболках и полных ходом выполняли силовые элементы, названия которым я только недавно выучил.

– А мне можно? – еле выдавил я из себя едва понятную из-за тихого голоса фразу, когда подошел к одному из парней.

– Что? – озадаченно, видимо, не поняв или не услышав мои слова, ответил тот и хмуро посмотрел на меня сверху вниз.

Возле молодого человека сразу собрались его единомышленники обоих полов и уставились на меня, с любопытством одаривая веселыми взглядами непонятно откуда и зачем взявшегося мальчика.

– Мне можно? – повторил я громче, чтобы сразу развеять все догадки продолжавших разглядывать меня группы молодых людей.

Следующей фразой, произнесенной мною из заранее заготовленных, должна была стать:

– Хочу заниматься с вами!

Или:

– Хочу, как и вы, тренироваться на турниках.

Но, пока что прозвучало только:

– А мне можно?

Молодые люди переглянулись между собой, видимо, еще не понимая цели моего визита к ним.

– Ну, не знаю! На! Попробуй! – ответил один из них, который не занимался на турниках, а просто присутствовал рядом и находился возле девушек.

Он сделал шаг в мою сторону и протянул мне бутылку с пивом. От этого жеста вся компания сразу же закатилась громким веселым смехом. Двенадцатилетнему мальчику крохотного роста и нескладного телосложения предлагали в ответ на его просьбу попробовать пива.

Я впал в легкий ступор. Меня не поняли. Не поняли совсем. Вернее, поняли не так, как я хотел.