Исповедь коллекционера поражений

Потом я застал ее за просмотром того, что называлось мыльными операми бразильского производства, с которыми бабушка, по ее словам, познакомилась еще в далекие девяностые годы, и считала себя настоящим знатоком данных сериалов. Она перечисляла мне, маме и дедушке имена главных героев. Сострадала многим из них и яростно критиковала других. Выделяла положительных и отрицательных персонажей, тщательно характеризуя каждого из них и постоянно сравнивая с кем-то из своей жизни.

– Ах, если бы ты меня любил так же, как этот ее! – произносила она деду с тоской в голосе, когда тот начинал с громким храпом засыпать где-нибудь на кресле перед телевизором, обдавая половину квартиры дезинфицирующим запахом употребленной пару часов назад жидкости.

Кстати, дедушка был единственным членом нашей семьи, кто не испытывал никакого удовольствия от общения с компьютером, так как вообще никогда не общался с ним и не пытался пойти на этот шаг. Общения ему и так хватало в жизни из-за наличия огромного количества всевозможных друзей, многочисленных приятелей, да и просто знакомых людей, классифицируемых моей бабушкой как собутыльники.

Так что в такой напряженной обстановке я довольно редко получал доступ к домашнему компьютеру и, как правило, едва успевал в нем найти что-нибудь для выполнения домашних заданий, что получал в школе, поиска информации для написания очередного реферата и всего прочего, что нужно было для учебы. Когда же я, наконец, добирался до личных развлечений, следуя моде у моих сверстников в активном участии в какой-нибудь популярной компьютерной игре с многоликой массой ее адептов, меня почти сразу выдавливали взрослые члены семьи, следовавшие своим личным целям.

Стараясь быть не угнетенным давлением с их стороны, я уступал место и шел завидовать дальше своим более состоятельным одноклассникам, которые имели возможность бесчисленное количество личного времени проводить на игровых просторах.

Такие моменты я томился в засаде, где ждал, как уйдет из-за компьютера очередной заседатель.

Но, как правило, когда место освобождалось и мое тело его занимало по праву первенства в очереди, моя сестра тут же начинала проситься на него и требовать моей уступки по праву младшего, а значит, самого обожаемого члена семьи. Какое-то время я наивно и тихо сопротивлялся ее нажиму, но потом все равно отступал, потому как в дело вступала моя мама, требовавшая, чтобы я отошел от компьютера ради сестры.