К себе настоящей

«Все машины ближайшей пожарной станции на выезде, наряд едет из соседнего микрорай- она. Ждите», – вежливо и спокойно ответила девушка по ту сторону трубки.

– Да как «ждите»?! Как «ждите»?! Я же горю! – Вера пыталась сохранить самооблада- ние, но не любила ждать, тем более считала, что любое действие лучше бездействия. Параллельно она оценивала обстановку: первый этаж, решетки

8 • К Себе настоящей

на окнах, при пожаре категорически запрещается доступ свеже- го воздуха. Но в этот момент мысль броситься к окну казалась Вере спасительной.

Старые деревянные рамы не поддавались. В отчаянии Вера схватила стул с железными ножками и со всей силы замахнулась им в окно: «Разбейся ты, проклятое!» Посыпались стекла. Пре- дательский сквозняк будто только того и ждал – он тут же при- дал силы огню, который уже вовсю бушевал за дверью. Огонь проскользнул в щель и ухватился за первое, что попалось ему на пути, – вязаную кофту, висевшую на крючке двери. А выше – пластиковый потолок!

Огонь стал сильнее, и языки его легко дотягивались до навес- ных панелей, которые начали темнеть и дымиться.

«Да вы все сговорились против меня!» – обращаясь к немым участникам действия, кричала Вера. Пламя упорно делало свое дело, и никто не смел ему перечить.

Оглядываясь то на огонь, то на окно, Вера с новыми силами подняла стул. На этот раз нужно было справиться с решеткой. Ножки стула от удара зазвенели и погнулись. На стыке прутьев решетки и стены посыпалась штукатурка. Огонь вовсю пылал на потолке и стал подбираться к секретеру.

Некстати Вера вспом- нила шутку бывшего мужа: «Твой стол нам очень пригодится, если дрова для камина закончатся. Дуб отлично горит!»

Еще удар, решетка почти поддалась. Или так только казалось из-за дыма? Начала кружиться голова, перед глазами поплыли стены, картины, прошлогодний календарь. Задыхаясь от физи- ческих усилий и едкого дыма, Вера вспомнила школьные уроки по безопасности и, шатаясь, опустилась на пол – там должен быть менее дымный и горячий воздух…

Глава 1

Прощай, Рязань! Прощай, унылый и чужой город! Тут прошли почти все мое детство и школьные годы, которые я с удо- вольствием оставляю, чтобы отправиться в новую взрослую жизнь.

Мне было шестнадцать лет, и скорый поезд мчал меня в Питер.

Я не любила Рязань, потому что росла там с бабушкой, вдали от мамы. Папа погиб на службе, когда я была совсем малень- кой. Маме как жене погибшего военнослужащего дали здесь квартиру.