Реставрация памяти. Женский иронический детектив

Что это изменит?

– Маша, я не смогу жить, пока не прочитаю.

– Прекрасно, ты нашёл себе причину страдать.

– Я надеялся, что ты меня поймёшь и поможешь. Ты же у нас чуешь всё заранее, видишь насквозь…

– Считай, что мы поменялись местами. Теперь ты на тему мистики думаешь, а я живу здравым смыслом. Ты теперь веришь в то, чего нет, а я не собираюсь общаться с умершими. Не найдёшь ты письмо, даже не пытайся.

– Я его в толстый пакет положил, крепкий.

– А сколько сверху нападало за десять лет ты подумал? И, главное, ты ведь не помнишь точно где?

– Не ожидал я от тебя такой жестокости.

Да, я верил только своим глазам, но всё меняется.

– Увы, мозг не молодеет. Он меняется не в лучшую сторону.

– Короче, не поможешь?

– Нет. С ума сходят по одному.

– Тогда я ужинать не буду, даже не зови.

– Ого, голодовка? Это даже полезно.

Расстроенный разговором с женой Виктор ушел к себе в кабинет, включил компьютер и выбрал программу о жизни людей во Вьетнаме. Через три часа у него заболела голова и спина, к тому же очень хотелось есть.

Аппетитные запахи, доносящиеся из кухни, заставили Виктора встать с дивана и пойти мириться с женой.

Маша одновременно готовила суп и какой-то раствор для реставрации.

– Не перепутай, – попытался пошутить Виктор.

– Это ты всё перепутал, а я пока держусь. Вить, ты ещё в церковь сходи. Найти там батюшку, поговори с ним.

– Не буду я чужому человеку ничего рассказывать.

– Больше у меня для тебя предложений нет.

– А у тебя для меня их никогда и не было.

Если бы дети тебя просили хоть что-то, ты бы придумала что угодно.

– Можно подумать, что ты только обо мне и думал. Суп будешь?

– Буду, – буркнул Виктор. – Я там тётю Валю встретил, в парке. Она с мамой дружила, если помнишь. Сказала, что ей тоже мама снилась, вроде того. Велела в парк прийти.

Маша бросила перемешивать раствор, присела и внимательно посмотрела на мужа.

– И почему ты сразу мне это не сказал? Я прекрасно помню тётю Валю, чудесный человек. Схожу к ней завтра, проведаю.

Только одна пойду, без тебя.

– Спасибо и на этом.

– Но с одним условием. Ты прекращаешь думать о письме с этой минуты и живёшь, как раньше. Мне надо срочно раствор нанести на поверхности комода, а ты через десять минут нальёшь себе суп и поешь.

– Один?

– Да, с тобой сейчас лучше рядом не находиться, а то тоска зараза ещё та.

– Тебе помочь?

– Ни в коем случае. Это дело интимное, – улыбнулась Маша.

– Ладно, я тут посижу.