Миа

Их союз слишком силен, мы не сможем противостоять тем, за кем пойдут семьдесят процентов.

– Устранить? – переспросил Жан, но в его голосе не звучало удивления или страха. Наоборот, Жан испытал настоящее удовольствие, словно хищник, для которого сезон охоты открылся официально.

– Да. Но без крови, – продолжила Долорес, расхаживая по овальной комнате. Все стены здесь представляли собой один голографический монитор, позволяющий при необходимости виртуально перенестись в любое известное человечеству место.

– Исчезновение Кронова можно преподать людям как последствие несчастного случая, – задумчиво произнес Жан.

Улыбаясь, он смотрел в пустоту, машинально поглаживая указательным и большим пальцами правой руки идеально подстриженные усики.

– Нет, – перебила его Долорес, – мы не будет делать из них мучеников. Люди превознесут Кронова ещё больше, он получит последователей и внимание. Предательство, вот что никогда не простят.

– Что нам делать с Сэтору?

Долорес вновь задумалась. Она вспомнила, что тот за все время переговоров не проронил ни слова.

Он молча смотрел на сына жестким взглядом, в котором читался целый каскад эмоций. Но о чем именно думал этот человек, понять было невозможно. Единицы людей обладали природными данными прятать свои мысли и эмоции от вторгающихся в их головы сигналов мысленного диктофона. Кронов и Сэтору владели этим навыком в совершенстве.

– Пусть в глазах людей он станет первым, кто поддержал противозаконные действия Кронова. Растопчи его репутацию.

Затем полностью изолируй. А пока обеспечить невозможность Мие даже близко подлететь к стенам города.

– Как быть с другими представителями совета? Они знают, что Миа не улетела с отцом.

Жан уже рвался к исполнению поручений, и Долорес дотронулась до его локтя, взглядом выражая поддержку и благодарность.

– Положись на меня. Совет – моя забота, а твоя – устранение наших главных конкурентов.

Не задавая вопросов, Жан поспешил в зал, где толпились тринадцать представителей совета.

Увидев его, они замолчали. Он прошел мимо них в полной тишине и покинул помещение.

Долорес закрыла глаза, ощущая мощный импульс. Сигнал, пролетевший через космическое пространство, ударил ей в голову, словно физический толчок, и вызвал болевой спазм. Стиснув зубы, Долорес удержалась на ногах. Она открыла глаза, и стены подключились к полученному сигналу. Теперь Долорес стояла в центре железной комнаты, где потолок освещался десятками движущихся источников света.