Фиалки завяли – остался лишь цвет

Запах елей и сосен был по-особенному приятен, а вечернее солнце, пробиваясь между ветвей, дарило всем свое тепло. Бежалось легко, хотелось петь. Вот оно какое – счастье! Ситцевое платье с веселыми зверушками, почти детское, на бегу высохло и казалась невесомым, как будто она бежала нагишом. А всё он!

Неожиданная встреча. Манечка сначала не узнала Саню, хотя после окончания школы прошёл всего год. Он возмужал, появилась щетина, превратившая некогда мальчишечью веселую физиономию в лицо красивого, породистого мужчины.

Встретились случайно на деревенской площади, где вовсю готовились к летней ярмарке. Сколотили добротные помосты и сцену, выставили лавки, загоны для скота, даже поставили карусель с лентами, а над площадью протянули верёвки с флажками и фонарями. Манечка любила ярмарки. В эти дни в деревне собиралось много разных людей, иногда незнакомых. Они веселились, пили и шутили. Проводились конкурсы, фермеры соревновались в различных дисциплинах и, довольные, уносили домой позолоченные трофеи.

– Манечка! – окрикнул её такой знакомый голос.

Это был Саша. – Как ты, Манечка?

Он улыбался ей. Саша всегда улыбался, когда её видел.

– Саня, Санечка! – закричала она чуть громче, чем следовало, привлекая к себе неодобрительные взгляды. Они обнялись под развевающимися на лёгком ветру флагами и болтающимися туда-сюда фонариками.

– Ты так похорошела, Манечка!

– Спасибо, ты тоже ничего.

Она засмеялась так естественно, как смеются только тогда, когда по-настоящему рады.

– Я вот только приехал.

Здесь всё также – тихо и хорошо. Я очень соскучился по тебе!

– Я тоже, мой хороший.

– Маня, а пошли плавать. Вода в реке уже тёплая.

– Мне на ферму надо возвращаться. Много работы.

– Успеем, мы не долго. – Он улыбнулся. В его голубых глазах сверкали озорные искорки. Какой Саня теперь был взрослый и красивый!

– Ну, хорошо, я согласна.

Они взялись за руки и под осуждающими взорами старых перечниц направились к реке. Весь день они плавали прямо в одежде, вдвоём, и больше никого не было.

Никто и не нужен был.

Дно реки было песчаным, а вода кристально чистая, так, что можно было разглядеть всё, что творится на дне. Они играли в воде, как дети, и Санечка, как бы невзначай, иногда прикасался к Мане. От этого у неё подкашивались ноги, хотелось прижаться к нему и не отпускать никогда.

Когда они вылезли из воды и развалились на зелёной, немного уставшей, летней траве, чтобы обсушить одежду, он обнял её как будто по-дружески.