И ничего под небом, кроме Бога…

Что стоишь печальная

В сухостое брошена,

Смотришь в небо дальнее

И поля некошены?

Вот наступит оттепель,

Здесь, под старой ивушкой,

Пусть приснится сон тебе

О былых годинушках.

Не горюй, не плачь уж ты,

Голубятня сизая.

Снова пусть голубушки

Запоют меж избами.

Во сне

Как много, милый край родной, тебе я не сказал!

Твой лик во сне мне виделся в тени прибрежных скал,

Краса твоя суровая, туманная река,

Звенящая оврагами великая тоска.

Во сне моем ты плакала, родная сторона,

А я покорно каялся, молился за тебя.

Ты вся ко мне тянулася, качая ветвь сосны,

Как мать прощает дитятко, меня простила ты.

Проснулся со слезами я и тяжкой головой.

Прощай моя сторонушка, навек мой край родной!..

Ночная сказка

Что поведает луна

В темном поднебесье?

Светом сизым письмена

Льются в краснолесье.

Языком тиши ночной

Матушки-природы

Замирают под луной

Голубые воды.

Тихо ухает сова

Меж ветвей сосны,

То земли родной слова,

Звук моей страны.

Он – любовь, и он – тоска,

Миг рожденья – он,

Он – дневная бирюза,

Полуночный сон.

Золотая колыбель,

Полюшко баюкай!

О весенняя капель,

Сласть дозрелой клюквы!

В час ночной стоят леса

В вечной полудреме,

Им расскажут небеса

О бескрайнем поле,

И поведают они

Обо всей планете,

Только лучше той земли

Нет на целом свете…

Быть бы ветром диким…

Быть бы ветром диким

Над седым раздольем,

Быть цветком брусники,

Рожью в хлебном поле –

Речь не слышать злую,

Гомон подлецов,

Только б ветры дули

Меж густых лесов,

Только б волки выли

Под большой луной,

В небе звезды плыли

В бездне голубой,

Пали в сине море

Из дали небес

Знаком Божьей воли,

Чудом из чудес;

Прахом раствориться

На закате дней,

Только б сердце билось

Родины моей.

Вы говорили

Кому не снится больше сон?..

Во тьме ночной лежит ребенок,

Огней он залпом окружен

И грудой брошенных построек.

И звезды ярко не горят,

Их вспышки в небе заменили.

«Идет война», – так говорят,

Но восемь лет не говорили.

Вы заявили – неизвестны

Вам сотни умерших ребят.

Вы говорили: «Все чудесно», –

Но так сейчас не говорят.