Иов

Услышали друзья Иова о несчастиях его и ранах

И вышел каждый из своих давно известных мест:

И первый, Елифа?з был родом из страны Фема?на[1 - Феман – город в пределах юго-восточной Идумеи, ныне государство Йемен]

Второй, Вилда?д был из Шуа?ха[2 - Шуах – в ассирийских рукописях упоминается земля Суху, расположенная к югу от древней хеттской столицы Кархемиша на реке Ефрат в районе впадения в него Белиха и Хабура.] и один, как перст.

И, третий, наконец, Софа?р из города Наа?ма[3 - Наама – город на северо-западе Алжира (https://ru.

Друзья пришли, чтоб сетовать и утешать Иова

Когда же не узнали друга, то случилась драма:

Рыдали все и рвали на себе одежду, и не слова

Никто не говорил ему семь дней и семь ночей.

Все видели страдания его, никто не смел сказать,

И лишь жена глядела из заплаканных очей

В надежде, что устанет он покорно принимать

III

Несчастья и болезни, что свалились разом

И с гневом выплеснет свою обиду небесам.

И, наконец, открыл Иов уста свои и сразу

Он проклял день, в который появился сам.

И ночь, в которую вообще зачат был человек:

«Пусть день рожденья станет вечной тьмою,

Коль все равно теперь мой день уже померк,

А ночь зачатия не канет с утренней звездою.

Зачем не умер я младенцем, выйдя из утробы,

Зачем кормился молоком грудным с сосцов,

На что страдальцу свет, коль тут стою у гроба

И смерти я ищу, как клад былых скупцов.

Ведь, если б умер я, родившись, был бы в мире

Со всеми мудрецами и царями, кто когда-то жил,

Что строили себе дворцы в песках и вечном пире

Жизнь проводили и серебром и золотом могил

Украсили свою кончину и обрели в ней свой покой,

Ведь смерть приносит облегченье даже заключенным.

В гробах не слышен стражников внезапный окрик злой

И от хозяина в могиле даже раб становится свободным.

На что мне свет, когда вся жизнь во мраке

И льются мои стоны, как вода в реке,

Покоя нет в душе, и тело некому оплакать

Все, что имел, я потерял и сам в тоске.

Чего боялся, то со мной случилось,

Постигло то, чего я сам страшился.

Сказать бы сердцу, чтоб остановилось,

Тогда бы точно страхов всех лишился.

IV

И Елифаз, дослушав все, сказал Иову:

«Не тяжело ли будет слышать нас тебе?

А впрочем, возбранить кто может слову!

Ведь сам для многих был опорою в беде.