Потерянное поколение

Четверть-то, без троек опять.

– Здрасте,– Санька никак не мог определиться, как обращаться к матери Тамары. Как-то, уж очень разнилась со всеми другими женщинами, и тетя Фая не назовешь, и как учителей, по имени отчеству, тоже. Ни в ту, ни в другую категорию, на его взгляд, не подходила. Так и умудрялся, не зовя никак.– Свежину будете?

– Что?– Ранний визит удивил хозяйку, обычно Санька приходил вечером.

– Я свежину принес.

С комнаты Тамары послышался легкий скип кровати.

– Мам,– последовал сонный голос,– кто там?

– Вставай дочь, нас кормить пришли!– У самой в мозгу, «не слишком ли?» Но, глянув на парня, решила, не слишком.

И, студенчество:– «Отказываться от дармовой жрачки даже не грех,-кощунство!»– Изрекала Люба.

Из-за шторы высунулась взлохмаченная голова Тамары,– Чего?

Увидев у двери гостя еще более удивленно,– Саш! Ты чего такую рань?

– Говорю же, кормить пришел!– Фаина Андреевна кивнула на пакет в руках парня,-свежиной.

– Не кормить… Ее еще жарить надо. И быстрее, пока теплая, а то вкус потеряется.

И никакая не рань, одиннадцатый час уже!– Санька кивнул на будильник стоявший на кухонном столе.

Голова исчезла, секунды спустя девушка вышла в накинутом поверх ночной рубашки халатике, такая домашняя, пушистая!

– Умыться-то, хоть можно? Не пропадет свежина?

– Надеюсь не пропадет,– осклабился гость,– ты же шустрая, час-два, и готова!

– Проваливай!-Девушка кивнула в сторону зала,– умный больно!

– Что есть, то есть!

– Проваливай сказала!

Глядя на них, Фаина невольно сравнивала их взаимоотношения, с теми, которые были у нее с Сергеем.

Легкая, добродушная ирония со стороны парня, и, может быть чуточку более резкая, острая, со стороны ее дочери, не мешали любви, а даже наоборот, какое-то скрытое от чужих, недобрых глаз, бережливое отношение друг к другу. Тут, вместе с любовью присутствовала дружба, духовная, да, именно духовная, близость, и еще что-то, что-то единое, единое для двоих. А ведь, не прошло и полугода, как они вместе.

Теперь, она с омерзением вспоминая ту ночь, поняла, не такой близости добивался Сергей мотивируя это красивыми словами, что очень любит, до умопомрачения, что она девушка, женщина, не может, или не хочет, понять его, как мужчину.

И, она уступила, искренне считая, искренне любя, что так и есть, что так и должно быть, мужчине это необходимо.

Стыд, разочарование после случившегося, словно, она совершила что-то низменное, непристойное, ненужное, какая-то опустошенность.