Институт благородных убийц

Институт благородных убийц

Анна Сергеевна Зимова

Опасные удовольствия

Севе никак не удается вырваться из-под опеки эмоциональной взбалмошной матери, которая думает только о том, как бы повысить благосостояние семьи. Ради этого она постоянно пускается в какие-то авантюры. На этот раз неугомонная мамаша придумала, как обеспечить сына и его девушку отдельным жильем. Договор пожизненной ренты с одинокой старушкой, собственницей двухкомнатной квартиры – то, что надо. Но старушка оказывается человеком малоприятным и за год ухитряется превратить жизнь Севиного семейства в настоящий ад.

Доведенный до отчаяния домашними истериками и тихой войной с подопечной, Сева задумывается о том, чтобы прикончить несносную старуху…

Анна Сергеевна Зимова

Институт благородных убийц

© Зимова А.С., 2021

© «Центрполиграф», 2021

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2021

Глава 1

Свое первое убийство я совершил еще в утробе матери. Моя сестричка не дотянула до встречи с этим миром всего ничего.

Врачи, принимавшие роды, констатировали – ни они, ни сама роженица к ее смерти никоим образом причастны не были. Вся вина целиком и полностью лежала на мне. Никто так и не понял, что нашло вдруг на здоровый (это подтверждали все ультразвуковые исследования) эмбрион, но я исхитрился обернуть свою пуповину вокруг сестриной шеи за считаные минуты до родов и затянул ее в тот момент, когда она, повинуясь требованию природы, устремилась навстречу белому свету.

Мама однажды предположила, что, возможно, я просто расценил попытку сестрички (мы называли ее так, и только так – сестричка) родиться раньше меня как бегство.

Я понял – сестра хочет меня бросить, и решил задержать ее во что бы то ни стало. Я просто не понял ее намерений.

Но я не верю в рассудочность поступков рождающихся на свет младенцев и не ищу лирических мотивов у преступлений. У меня медицинское образование, и я трезво мыслящий человек. Но это не умаляет ужаса ситуации. Я погубил существо, ближе которого у меня не было и которое я обнимал крепко в тесноте материнского чрева (снимки до сих пор хранятся где-то у матери).

Своей вины я не отрицал. Появившись вскоре вслед за сестрой, я продемонстрировал докторам орудие убийства – пуповину, которую сжимал в кулаке, и еще долго меня не могли заставить разжать мои преступные красные пальцы. Я рассказываю это без трепета, а с одной лишь грустью, которая с годами стала совершенно расплывчатой.