Зачем нужны хирурги?

Посмотрел – из подошвы торчит иголка с ниткой. Я потянул за нитку, и иголка вылезла. Однако недели через две эпизод повторился. Правда я был уже в тапках, но это не помогло – игла с ниткой вошла не через их плотную подошву, а чуть сбоку через материю. Опять же я потянул за нитку, но она оборвалась, а половинка иглы, вошедшая ушком вперед, осталась в моей стопе. Снова поход в травмпункт, где из разреза на стопе хирург иглу удалил.

Затем были еще визиты из-за того, что на уроке химии в глаз брызнула кислота, потом сломал палец на руке во время шутейных баталий на школьных переменах.

До сих пор помню, как возвращался в школу с загипсованным пальцем. Мать работала учительницей в той же школе и случайно увидела из окна актового зала, сына, гордо несущего перед собой подвешенную на повязку руку с гипсом на большом пальце. Все это случилось на протяжении трех-четырех месяцев. Мать меня не ругала, но несколько раз подчеркнула, какие замечательные люди врачи-хирурги.

Потом я окончил школу и поступил в Военно-медицинскую академию.

Туда я еще был готов поступать, потому что отец мой был военным летчиком и погиб в авиакатастрофе, когда мне было 7 лет.

Второй запомнившийся мне эпизод, положительно настроивший меня в отношении хирургов, был на кафедре анатомии. Её нам преподавал Игорь Константинович Конкин, который, с его слов, успел до этого пару-тройку лет прослужить в войсках в качестве военного хирурга. Говоря о тех или иных анатомических особенностях, он всегда делал акцент на то, как они могут отразиться при необходимости проведения в этой зоне хирургического вмешательства.

Это впечатляло.

На первом курсе многие из нас хотели стать именно хирургами, но к выпуску приоритеты поменялись. к операционному столу никто особенно не рвался. Я тоже. Но у меня был свой личный аргумент. В конце третьего курса у меня возникла экзема на левом предплечье, в связи с чем мне казалось, что хирургия – это теперь не для меня, потому что предплечья надо обрабатывать достаточно едкими растворами (первомуром).

Правда, с экземой я справился самостоятельно и, как оказалось, вполне радикально, а судьба все же окольными путями привела меня в клинику госпитальной хирургии.

Я с первого курса проявлял интерес к науке и участвовал в работе различных кружков научного общества слушателей. В итоге на пятом курсе попал на кафедру кожных болезней. Там я, во-первых, вылечил свою экзему, а во-вторых, был командирован в иммунологическую лабораторию клиники госпитальной хирургии.