Письма узелковые: между любовью и литературой

Рецепт

То, что доктор написал

ВВК

Сейчас – безусловно жить,

Веровать в точность каждого дня,

Заточенного под меня,

Заточенного под тебя.

Сейчас – беззаветно плыть

Щепкой в потоке дней.

С каждой минутой сильней

Становится твой каркас.

Крепче становится плот

От омывающих вод,

Яростней и ясней

Станет и суть вещей.

Душу покинет гнёт,

Сердце покинет мрак.

Те, что на небесах,

Выведут твой баркас.

Сковывающий лёд

Будет разрушен в прах.

Остойчив, морской орёл,

Выйдет твой ледокол.

Вверх подними твой взор:

Выверен Млечный путь.

Те, кто ткали узор,

Нас не дадут согнуть.

Те, кто нам пряли нить,

Нас не дадут сломить.

Станем только сильней

С переплетеньем путей.

26 июля 2019 г.

Ощущение

ВВК

Ощущение, будто мы снова едем в одном купе,

И каждый раз – идентичные входы и выходы на вокзал.

Вот только мысли по-новому стеблями хризантемовыми сломлены:

Никто из нас этого не ожидал.

Вот только мысли по-новому сложены

(Майки для пионерского лагеря, оригами, пресные канапе),

Которые когда-то недосказал.

А теперь незачем – да и нет тех,

Которые не простят, не прощены, просрочены,

Словно вафельки или обезжиренный кефир.

И головы задурманены – затуманены – заморочены,

И из старых событий новый созидается мир.

Выворачивается дальневосточной устрицей,

Становится гусем, непраздно ждущим перед праздником гусятницу,

Ноем, почти пережившим тот великий Потоп.

И мы бредем по ночным, туманом вымазанным улицам

Этого города, похожего на распластанный сыр.

Не выдумывай, всё это – вовсе не матрица.

Это чей-то огромный дурацкий калейдоскоп.

Мы – набор стеклышек в странной вертящейся трубочке,

В зеркалах искажаются остатки самоценности и прочих наивных чудес.

Мы с тобою катимся горошинами к Крысолову, играющему на дудочке,

Чтобы когда-то однажды превратиться в безликий словесный всплеск.

28 июля 2019 г.

Странные люди

Живут в этом мире странные люди:

Они жарят пышки и ближних не судят.

С медом, вареньем иль без затей

Едят они пышки, а не людей.

Кормят не страхи, а кошек и птиц.

Свет теплый исходит от их ясных лиц.

Они о любви громко не говорят.

Стоят себе тихо, молитву творят:

За счастье в душе и за мир во всем мире,

За сыр на столе и за дырочки в сыре,

За дождик на землю, цветение трав,

О том, чтоб одумался тот, кто не прав.