Химически чистое искусство

Однако к общим и однозначным симптомам относят: сложности с интерпретацией чужих чувств; создание повторяющихся ритуалов, которые трудно поменять; нервозность при нахождении в больших скоплениях людей; ограниченные, часто навязчивые интересы; возможны эхолалия и эхопраксия и прочее. Обычный здоровый человек может запросто обнаружить схожие симптомы у себя, особенно если является шизоидом (для них характерна замкнутость, отгороженность от других людей; шизоидным людям недостаёт умения сопереживать) или впечатлительным подростком.

Но это не означает, что случаи такого расстройства редки, а нарушения психики не поддаются корректировке.] превосходно сочетался с моей склонностью к… назовём это усложнением. Как мне всегда казалось, лёгкие пути мне закрыты, либо открытые дверцы я привыкла не замечать. Поведение такого человека, как он, было настолько завораживающим (не милым, не вызывающим, и даже не экстраординарным, а именно завораживающим), что я всегда с интересом ждала, что же он сейчас выдаст. Однако часты были такие моменты, после которых становилось крайне неловко. Когда у Дани резко сменялось настроение, он повторял одну и ту же реплику, выкраденную у бедных мёртвых философов или богатых живых демагогов. Похоже, это называется эхолалия[7 - Эхолалия – автоматическое повторение слов, услышанных в чужой речи.]. То, что он говорил, зависело от прочтённого им в последнее время или от того, что показалось ему интересным. Но подкупала вишенка на торте – его, как я это называла, хроническая честность. Как и вишенка, честность могла скатиться в любую сторону, что было непредсказуемо: станет хорошо или хуже, чем было? Но всё же я не могу согласиться с тем, что он действительно болен.

Но сейчас, когда его не стало…

– Дышит, без сознания, пульс есть… Травмы – кошмар! – отзывается врач, а потом добавляет: – Срочно заводи и сразу едем!

Это значит одно: ещё ничего не кончено.

Ни одной идеи о действиях в такой ситуации у меня нет.

Я продолжаю сидеть на месте, прижимая к себе картину, краски к которой Даня сделал самостоятельно. Подошёл к делу с такой ответственностью! Наконец разум взял верх, и я поддалаюсь эмоциям. А я прекрасно знаю, что истерика будет продолжаться долго. И это плохо, потому что нужно думать о будущем. Моё поведение несуразно даже для меня, ведь я давно оставила печаль позади, что можно было увидеть по моим опухшим глазам и въевшейся кое-где косметике.