Лидеры – на втором плане, или Самый заурядный учебный год. Книга 1. Лето. Школьный роман

Морщины на изможденном бледном, хотя и симпатичном, личике стали глубже. Эля положила характеристику в сумочку, застегнула «молнию», посмотрела в глаза бывшей классной и вышла, не попрощавшись с учителями.

Лариса Антоновна вернулась к списку.

«23. Родионов Михаил («Зубрилка. Наверное, из всего бюро самый слабый, оценки действительно трудом зарабатывает»);

24. Сафьянников Алексей («Не парень, а какая-то таблетка болеутоляющая! Смешно смотреть, как он всем и каждому слезы-сопли вытирает. Даже среди девчонок таких уже мало…»);

25.

Славгородская Руслана («Ох, и противна же девка!»);

26. Стеблев Андрей («Помощничек мой дорогой!..»);

27. Степанова Арина («Вот еще одна проблема: семья верующих!.. Почему она тоже никуда не ушла? Что ей этот аттестат даст? В институт она все равно не будет поступать… „Арина“… Под старину косят. Иркой назвали бы, не выпендривались бы»);

28. Третьякова Лариса («Вроде не жирная, а неизящная какая-то. Товарищ по несчастью для Маринки… Да-а, тяжелая у девочки ситуация: быть дочерью заместителя начальника и при этом учиться с дочерью этого самого начальника… девочка для битья для Наташи Разуваевой»);

29.

Филимонов Юрий («Вот уж у кого язык действительно без костей! И как ему трепаться не надоест?»);

30. Хабаров Валентин («Бледная немочь»);

31. Хватов Андрей («Кажется, Маринка нравится ему…»);

32. Холодов Борис («Вот еще одно наказание на мою голову! Интересно, за что? И грехов-то таких нет!»);

33. Янченко Владимир («Тюлень!»);

34.

Ярославцева Марина («Что бы я без нее делала со всеми этими?.. Впрочем, я все это терплю ради нее – а кто еще ей поможет?»)».

Список закончился. Хочешь – не хочешь, а за характеристики надо браться. Лариса Антоновна положила перед собой чистый лист бумаги, но не успела написать ни единой строчки. Коротко скрипнул стул под Городецким: учитель физкультуры всем туловищем повернулся к ней.

– Что ты там своей Калининой настряпала? – спросил он непривычно жестко.

– Что за тон, Игорь Алексеевич? – попыталась возмутиться Лариса Антоновна, но прозвучал ее голос не так уверенно, как обычно, и она принялась внимательно разглядывать список.

– Что ты ей написала? – требовательно повторил Городецкий. – Ее же затрясло, когда она в эту бумажку глянула!

– А что я могу написать? Что есть, то и написала… Ничего не прибавила и не убавила.

– А что за девочка? – робко поинтересовалась Алиса Александровна. – Не та, случайно?..