Книга шестая. Необратимость

Общественная гомогенизация независимо от конкретной дисциплины стремится уровнять человека под стандарт гармоничности.

Странно, но и гармоничность можно опошлить, выведя текущий процент ее содержания в конкретном человеке. Можно как бы измерить присутствие сильных сторон и как бы слабых, составить круговую диаграмму, и заявить, мол колесо кривое, настала пора подтягивать отстающие спицы. Я и сам говорил прежде о метафоре движения средневекового войска в наступательной операции, скорость продвижения которого измеряется последним гнилым обозом службы снабжения.

И это другая концепция. Разительно другая. Теперь я говорю, что имеет смысл ковать уже сильные задатки в воине, отведя фокус от слабых. Книга за книгой отражает перемены всего мира через перемены во мне. Одно уходит, другое заменятся, что-то преобразуется, другое возникает.

Язык тела, дзюдо и достоинство

И все же в эфире шестая книга. Шестерка довольно неоднозначная цифра, наполненая толкованиями, суевериями, может какой-то магией.

Догадайтесь, какую цифру старательно избегали ребята в тех спортивных лагерях при ежедневном расчете в шеренге. Отчего-то только на этом томе своих изысканий я обратил внимание на нумерологию, ее медитативное свойство.

А что, если медитативное состояния может достигаться в индивидуальной манере? Например, как частно-ориентированная методика телесного возбуждения с приливами энергии по разным центрам. У кого-то есть унифицированные техники дыхания по Бутейко, ассан-йоги, растяжки и тд.

Что если у каждого есть его частный случай из комбинации понятных и естественных для него действий?

К примеру, вчера я впервые за долгие годы, может за полжизни качнул шею в переднем и заднем мосту. И затем всю ночь не мог глаз сомкнуть. Может это кофе, может кумулятивное действие БАДов, может общая мутация по телу, в том числе от планетарного транзита 37/40.  Но может это тренировки шеи. Движение ощутилось таким естественным, таким органичными и эргономичным, что вытекло наружу словно само собой.

Почувствовалось какое-то странное, но умиротворяющее равновесие.

На телесном уровне пробежали ассоциации из той детской поры, когда ходил на борьбу. Тёплое и ровненькое чувство, которое исполнено ритуальной дисциплиной. После выполнения упражнения, я невольно сел на поджатые ноги, выпрямил спину, сложил прямые руки на колени и поклонился.