Вышедший из тумана

Рыжий парень из проигрывающей команды явно специально с разбегу сбил меня с ног. Ко мне подбежало двое ребят, которые помогли мне сесть, встать я не смогла из-за сильной боли в лодыжке. Макс, крикнул нарушителю:

– Я разберусь с тобой, урод, – потом поднял меня на руки и понес в тренерскую.

– Со мной все в порядке, – сказала я ему, – Скажи остальным, что это был последний урок физ подготовки в учебном году. Все свободны.

Макс вышел в зал, передал мои слова, но тут же вернулся и стал разглядывать мой травмированный при падении голеностоп.

– Давай эластичным бинтом перетяну, чтобы отека не было. А еще сейчас лед принесу из холодильника.

– Успокойся, – сказала я ему, – Все нормально, и так пройдет. Я не твоя подружка, а ваш официальный инструктор.

Он наклонился к моему уху и вкрадчиво произнес:

– Заткнись и слушайся меня. Поняла?

После этого он затянул мой голеностоп эластичным бинтом из аптечки, принес лед, завернутый в полотенце, и приложил его к моей ноге.

– Мне нужно заполнить журнал, – попыталась я встать, но он силой удержал меня на месте:

– Успеешь.

Никуда он не денется. Сиди спокойно!

Он смотрел мне прямо в глаза, и я не могла увернуться, меня словно примагнитил его взгляд. Мне стало трудно дышать, настолько сильно в груди заколотилось сердце.

– Я вызову такси, – сказал Макс. Пришлось сообщить ему адрес, и конечно, он поехал со мной. Возражать было бесполезно, он удерживал меня и не давал даже дернуться.

По лестнице он нес меня на закорках, и я была вынуждена обнять его за шею и прижаться грудью к его спине.

Нога моя все-таки распухла в голеностопе и теперь сильно болела, так что первым делом Макс спросил, есть ли у меня обезболивающие.

– Поехали в травмопункт? Вдруг у тебя трещина или даже перелом. Там хотя бы дадут больничный, – сказал он, но я отказалась:

– Завтра суббота. А с понедельника мой временный контракт завершен. Буду дома догуливать отпуск с основной работы. Это вся следующая неделя. За это время все заживет как на собаке.

У нас не приветствуются больничные по всякой ерунде. Бывало у меня уже подобное, не думаю, что там трещина, а тем более перелом.

– Тогда я останусь у тебя, – заявил Макс, – Ужин приготовлю.

– Еще чего! – возмутилась я, – Хочешь, чтобы меня обвинили в эксплуатации несовершеннолетнего?

– Сегодня с ноля часов я буду совершеннолетним. В субботу у меня официальный день рождения.

Мне не доставало сил с ним спорить, нога болела все сильнее.