Смена

Вместо футболки с продиджами на вожатом была надета кипельно-белая футболка, которая в наступающих сумерках резким пятном выделялась на фоне танцующих рядом людей. Судя по лицу, Саша не танцевал в данный момент с юной и прекрасной незнакомкой, а банально мучился. Это заметила сразу и Жанка, брякнув вслух:

– Бедный… бедный Саша! – сделала вывод она, картинно пожалев его.

– Что?

– Что да что, Светка!? Посмотри, как она ему в тягость! Вот блин, аж смешно. – она всплеснула руками и сказала, подкалывая меня. – Вот пошла бы и пригласила его.

Уж он бы точно тогда не страдал, как сейчас.

Я тыкнула в спину Жанке указательным пальцем, чтобы только она перестала нести всякую чушь.

– Мы же договорились, что сегодня ни с кем не танцуем. Забыла? – буркнула я. – Тебе вот надо, сама бы и пригласила.

– Ещё чего! – вскрикнула подружка. – У меня дома парень остался, я ему пообещала в лагере бдеть себя. И… Сашка уж точно не мой типаж. От слова совсем.

– Серьёзно? – удивилась я, узнав, что у неё имеется парень.

 – А чего не сказала? И долго встречаетесь? – выспрашивала её я.

– Год как уже. – гордо заявила она и задрала нос кверху.

– Ну круто.

Белый танец подошёл к концу, и диджей снова врубил своих любимых «Руки Вверх». На сей раз громко орала на всю площадку их модная песня «Восемнадцать мне уже», от которой всегда вяли уши у моего отца, стоило ей только заиграть где-то поблизости.

– Ну что это за рифма! Ну что за рифма, Света! – восклицал он, делая недовольный вид. – «Везде» и «уже»!? Чушь какая-то.

Я уже молчу про песню «Отпетых мошенников», где была строчка: «мы насосы, мы насосы, мы не курим папиросы». Папа моментально раздражался и выключал телевизор или магнитофон, но только бы не слушать «это безобразие», как он сам не раз мне говорил, а сам часто просил спеть ему антресольно-нафталиновые песни, которые он, как и моя учительница музыки, очень любил.

Мои непродолжительные раздумья о современной поп-музыке прервала Жанка, легонько дёрнув за косу и заявив:

– Скучно уже, Светка.

Может, в домик наш свалим, а? У меня там и картишки есть. – заговорщически прошептал она.

– А почему, собственно, и нет!? – согласилась я, и мы, взявшись за руки, поспешно покидали дискотеку.

Но на аллее нас догнал вожатый Александр и окликнул:

– Девочки, а куда это вы собрались?

Мы обе развернулись, но слово сразу взяла Жанка.

– Куда да куда!? На кудыкину гору воровать помидоры! В картишки перекинуться, товарищ вожатый. В домик, короче.