Неисповедимы пути туриста

Не долго думая, он громовым голосом приказал:

– Семён, что задумался? Немедленно снимай ногу с тормоза, переноси её на педаль газа, и полный вперёд к венецианским красотам!

Пока я, перестраивался в крайний левый ряд, чтобы на максимально разрешённой скорости быстрее продвинуться к Венеции, Мила и Люба, поспешно перебивая друг друга, расхваливали практическую смётку Эдика, не забывая при этом обсудить, где и как потратить сэкономленные деньги. В эту минуту они ещё не знали, что их проекты через какие-нибудь три четверти часа перманентно превратятся в прожекты.

Момент истины наступил, когда я увидел впереди сооружение, как две капли воды, похожее на то, что мы пересекли при въезде на платный участок автострады. Я подъехал к закрытому шлагбауму, который, несмотря на наши пронзительные душевные посылы к нему, даже и не думал открыть нам дорогу для дальнейшего проезда. Ситуация выглядела безнадёжно-тупиковой. Позади нас стояли около двух десятков машин, которые беспрерывно сигналили в ответ на наше бездействие. Правда, я не имел даже самого зелёного понятия, что можно было сейчас предпринять: сдвинуться с места нельзя было ни вперёд, ведь шлагбаум был закрыт, ни назад, поскольку путь преграждали машины с, непомерно возбуждёнными шоферами. Как всегда, нужное решение принял Эдуард. Он показал мне на какую-то более менее цивилизованную будку, в которой сидел, вроде бы, живой человек. Чтобы добраться до него, нам пришлось пересечь шесть автомобильных «ручейков». Мы с Эдиком параллельно включили весь свой, не такой уж и богатый, лексикон соответственно немецких и английских слов, вставляя на автопилоте и ненормативные русские выражения. Но, испуганный нашим агрессивно воинствующим видом, итальянский синьор, не знавший ни английского, ни немецкого и, тем более, ни матерного русского языков, застенчиво улыбался и беспомощно размахивал руками. В конце концов, находчивому Эдуарду удалось отыскать в толпе итальянских водителей седовласого джентльмена, который немного говорил по-английски. Он, посмеиваясь и дружелюбно похлопывая Эдика по плечу, пересказал киоскёрному чиновнику, что приключилось с нами. В конечном итоге, после оплаты проездного тарифа, злополучный шлагбаум поднялся вверх, открывая нам, временно прерванную, дорогу на Венецию.

Примерно через полчаса мы, не без ожидаемого напряжения и плутания, подъехали к многоэтажному паркингу. Это был конец дороги, дальше, как поётся в песне, «вода, вода, кругом вода» и островная Венеция.