В блистательной заводи строк. Книга стихии стихов

Зяблик, зыбь заботливо запас

звуков,

занимайся звонкопеньем.

Ознобят – не стены, а атлас,

вылечат – не бури,

а терпенье.

Чувствоизъявляйся, зяблик, явь —

чёрт, черна! —

не сыщется в ней пробель.

Паинька тщедушный,

пой и славь!

День не вышел?

Или час не пробил?

Прогнан – вон! – цукатный летний дух,

истова щемящая основа:

время чистить пёрышки и пух,

время:

в клетку!

в клетку дома! —

снова…

    2001

Февраль

Февраль сиреневый с утра

застыл в метели.

И скрытно-сонно во дворах

мелькают тени.

Великолепен и велик,

влекомый тайно…

А что по дням он меньшевик,

так то случайность.

Коль времени с утра не счесть

снегокруженья,

почту за скорбь,

почту за честь

с тобой крушенье:

o, искушенье!

С тобой – в сиреневый

туман,

дурман сиротский,

вполне готовой на обман,

на губы —

воском.

Не будет душно,

но слегка

пригну колени;

за воротом – издалека

твой звук свирельный…

Без повода, но – поводырь,

ты вёл, прекрасный,

и слепнул день,

и слепнул мир

почти безгласно.

И брал, враждующий,

в кольцо,

бесполотелый.

И рвал платок,

глядел в лицо,

и трогал тело.

Лютел с утра,

но ввечеру

стенал и плакал.

И бил слезами по окну,

как —

бусы на пол.

Февраль – сирень —

лебяжий след.

Жду повторений.

Бегу по снегу —

следу нет, —

морозной тенью.

Замри, мгновенье!

Постой, феврарь и вьюговей,

и ветродуй, и снегосей,

февларь

и нонешний —

февраль,

мой сечень, лютень,

месяц-враль…

    2001

Прокл

Что проку, Прокл,

какие сейчас плачки? —

сторожкие алкатели проблем,

субтильные решатели дилемм,

копатели неряшливых горячек…

Что проку, Прокл,

презрел, но не прозрел,

а впереди —

покой покоя ради.

Но я нашла все старые тетради

и клятву рифм —

мой проклятый удел.

    2001

Бусы

Ты – моя первопричина,

мой ладонью сжатый рот,

где неспешливо и чинно

голуби летят под свод

безобразного приюта.

Да расколот тот алтарь,

Где мой бог сиюминутный

Слёз нанизывал янтарь.

Плакал, плакал беспричинно

над последней ниткой бус.

«Ты уедешь – мне кончина».

«Мне кончина. Остаюсь».

    1994

Великолепия дурман, как солнце…

Великолепия дурман,

как солнце,

золотит мне кожу.