Русь Эзотерическая. Учителя и М-ученики

Но, быть может, так и должно быть, когда идут сильные энергии – кто же их знает?

После краткого разговора, Наталья и Сергей расстались с Андреем на небольшой полянке. Андрей их увёл туда – и вскоре обещал вернуться.

– Ждите здесь! Мне надо отлучиться ненадолго… Найти одного парня. И мы придём сюда, – пообещал он, – Обязательно.

Глава 8. Мы просто играем…

«…и звезда с звездою говорит».

(Михаил Лермонтов).

Это была та самая полянка, на которой проводилось первое общее собрание. С ромашками, колокольчиками, мятой и другими сильно пахнущими травами.

– Не ожидала, что тебя вынесет на канал, – тихо сказала Наталья, изучающее посмотрев на Сергея. – Ты что – экстрасенс?

– Я сам не ожидал, – ответил тот, – Никогда со мной такого не было.

Разговор дальше не клеился.

Внизу, в овражке, куда с другого его склона спускалась обложенная камнями, выдолбленная в почве лесенка, тёк ручеёк, который впоследствии назовут родником с живой и мёртвой водой, высмотрев в нём два разных потока.

Но тогда, на месте выхода из-под земли родника ещё имелось сооружение, вроде колодца, с установленной трубой, из которой лилась вода. Колодец оборудовали кубанские казаки, о чем имелась чугунная памятная плита с надписью. Вода в роднике была студёная и чистая; здесь все приезжие набирали её в пластиковые бутылки.

В ожидании Андрея, Наталья и Сергей пропустили следующий Магнит, и всё так же сидели и сидели здесь, на краю полянки, пристроившись на поваленном бурей дереве.

На противоположной стороне овражка, за редким перелеском, начиналась большая Ромашковая поляна.

Андрея всё не было.

Постепенно и вовсе стемнело. В тени деревьев Сергея и Наталью теперь не было видно: те люди, которые уже торопились с Магнита к самым дальним палаткам, минуя эту полянку наискосок, их не замечали. А на тёмно-синем небе уже появились первые звёздочки, яркие-яркие.

Неожиданно, по центру полянки важно продефилировал Евграфий с какой-то дамой, которая бежала за ним, догнала и желала продолжить беседу.

Они последними возвращались с Магнита.

– Надо быть серьёзнее, – важно растолковывал ей Евграфий. – Вот Христос… Разве он когда-либо смеялся?

Эта пара прошла дальше, и Наталья не слышала, что отвечала женщина, и ответила ли… И – вновь тишина. Только слышно, как журчит неподалёку ручеёк, который, к тому же, после овражка делал поворот – и спускался в низину, по живописно навороченным огромным глыбам камней.