Я люблю тебя

И не считали мы минуты,

Всю ночь, и день вели урок.

Все разложили на постели,

На чистых белых простынях.

И позы все что мы хотели,

Не совершали второпях.

Раскинув ноги замирая

Раскинув ноги замирая,

Глаза закрою… Ну и пусть!

И входит он в тебя играя

И ты все знаешь наизусть.

Сейчас замрет… Потом выходит,

Его тепло по животу.

Губами он соски находит,

В тебя вольет он теплоту.

И поцелуй… Он так заводит,

Перевернет тебя и вновь.

Он потихоньку туда входит,

И это все, и есть любовь.

А ты сама как мастерица

А ты сама как мастерица,

Щекой готова обжигать.

Ты и девица, и блудница,

А как умеешь ты ласкать.

Рукой его возьмешь, губами,

И язычком, так язычком.

Они уже за облаками,

И ты оставишь на потом…

Возьмешь и выпустишь на волю,

Посмотришь издали на них.

И называлось то любовью,

Делили все на четверых.

И их считали половиной

И их считали половиной,

Без них ведь счастья не понять.

Он не сдержался, шел с повинной,

И так старался восполнять.

Огни свечей уже погасли,

А воск слепил фигуры нас.

И каждый был тогда так счастлив…

Что происходит в нас сейчас?

И тонкий лед, и та же речка,

Морозец свой скрывает нос.

А как теплом ласкала печка,

А как стелился сенокос…

К твоим ногам упасть готовый

К твоим ногам упасть готовый,

Туда он рвался… Между ног.

Но был он ведь тобой влюбленный,

А все равно искал порог.

Переступить его боялся,

Рука тряслась там у бикинь.

И он пролезть туда старался,

Так извивался словно змий.

И по лобку ползет, щекочет,

Перебирая волоски.

В ладонь возьмет этот комочек,

Сжимает радостью виски.

А губки, губки те раздвинет

А губки, губки те раздвинет,

И пальчик чуть туда введет.

Не глубоко, он не обидит,

Побудет там и отойдет.

И клитор ждет, когда коснется,

Ну хоть бы кончика его.

И он любовью отзовется,

Желая только одного…

Но сенокос косою машет,

Трава ложится полежать.

И страсть она кадриль запляшет,

Тот дух умел так возбуждать.

И запах всех цветочков мира

И запах всех цветочков мира,

Собрался здесь чтоб ублажать.

Там все цветы вплоть до жасмина,

А ты не можешь уж дышать.

Кружится все… И рядом звезды,

Так с пониманием глядят.

Теперь остались только слезы,

И старый тот еще наряд.