Россия – Путин

У нас много такой искрометной любви,

Что очистит врагу зараженную кровь.

Сколько Вас уцелевших осталось

Сколько Вас уцелевших осталось,

Кто пронес на плечах своих ад?

Смерть не раз и не два улыбалась,

И взяла миллионы солдат.

И народ истребляла нещадно,

Не жалея детей, стариков.

Убивали невинных парадно,

Половодьями хлынула кровь.

И огнем выжигая живое,

Вас они не смогли покорить.

Небо вновь над страной голубое,

Вы потомкам позволили жить

Маскхалат

Ночь одела опять маскхалат,

И легла у расщелины с нами.

Сколько здесь полегло тех ребят?

Их всегда называли друзьями!

Воздух гор несет дым тишины,

По лицу как ладонью прохлада.

Тех ребят ни, какой здесь вины,

Только смерть ты чему теперь рада?

Одичалые камни летят,

Уносясь, перекроют дорогу.

Пулеметы им в такт говорят,

А мы ждем уже сутки подмогу.

Вот вчера загрустили слова,

И обидой тебя придавили.

И сгорает в тумане листва,

Золотистою правдой – мы были!

Мы держали с тобой высоту,

Кровь ушла в наконечники пули.

Кто нам скажет теперь что не ту?

И мы просто с тобой там уснули!

И проснулись где, нет уже войн,

Мы с тобой, и зеленые маки.

И горит одиноко огонь,

Той последней смертельной атаки.

Стоны хлещут туманную даль,

Рев машин унесет перевалом.

И звенит, и скребется там сталь,

Наша жизнь растворяется в малом.

Россия правдою права

Всмотритесь люди в глубину

России созданной от Бога.

И мир увидит новизну,

Она сойдет с ее порога.

И вдохновением своим,

Духовной силой увлекая,

И будет путь, не повторим

От края мира и до края.

И вожделенные слова,

Господь услышит одобряя.

Россия правдою права!

И не нужна судьба другая.

Где Господи открыты те врата

Где Господи открыты те врата,

Где лично сам людей ты принимаешь?

И где звенит струною чистота,

И по одежке там ты не встречаешь?

И все богатство внутренняя суть.

И золотые слитки не клевещут.

И видишь ты как на ладони путь,

А по нему ветра, и бури хлещут.

И справедливости твоей слеза,

Не разъедает мучеников души.

Вином прольется спелая лоза,

Теплом по верху той ненастной стужи.

Но только как? В обличии, каком,

Мы предстаем пред милостью закона?

И дело все в сознании мирском,

Ты ведь внутри у нас был как икона.