Алый парус для енотов

Они молча взирали на её немногочисленных знакомых, вызывая лишь одобрительное: «Хорошо нарисовано. Похоже».

Но ведь смысл искусства не в этом. Она была неплохим художником, и понимала, в чём. Но как это воплотить красками? «У вас всё получится», – вспомнились ей слова Майры. С этими мыслями она уснула.

День четвертый

Пришло обычное утро с обычными делами. После обеда воздух в палате спёкся, под простыней кожа собрала пот и влагу. Фируза села на кровати, открыла книжку. Кристя с наушниками серьёзно смотрела на экран.

– Что ты там рассматриваешь? – спросила Валя.

– Музыку слушаю.

– А вид такой, будто изучаешь уголовный кодекс.

И опять засыпали после обеда, стремясь ускорить течение времени. Но в этот день проснулись от грохота, шума, громких выкриков в коридоре. Фируза заметила: в стационарах во время тихого часа становится особенно шумно, как будто персонал мстит за то, что ему не положен дневной сон.

– Да что ж вы так шумите-то? – с раздражением вырвалось у нее.

Шум в коридоре нарастал, и в нём уже ощущалось что-то неслучайное.

В палату, вжав голову в плечи, вошла испуганная «стриптизёрша». За ней резко закрыли дверь.

Она присела на свободную кровать и пришибленно сказала:

– Женщине плохо стало. Помните, в коридоре лежит за ординаторской. Она упала в туалете, вроде с сердцем что-то. Сейчас около неё все медики, заведующая. Реаниматоров вызвали…

Они подавленно сидели на кроватях и вслушивались в невнятные звуки. Так вот для кого тщательно стелили постель.

Обычно этим занимаются сами больные. Значит, её должны были заселить сюда.

В палате установилась тишина, которая казалась особенно глубокой на фоне нарастающего беспокойства в коридоре. «Стриптизёрша» вынула телефон и вполголоса стала рассказывать о происходящем.

А Фирузе вдруг представилась картина, как невнятное видение, о котором потом вспоминаешь с недоумением: было это на самом деле или привиделось…

В коридоре под потолком притулилась Душа. Сверху ей было видно, как упало тело на кафельный пол больничного туалета, как сбежались ангелы в белых халатах, засуетились вокруг, как больных загнали по палатам и захлопнули за ними двери.

Как откачивали тело, пытаясь вернуть его к жизни.

Справа от неё слегка качнулась тонкая кривая проволока, и два круглых блестящих паучьих глаза мимолётно скользнули по Душе. «Я твоё зримое проявление», – молча сказал паук. Тайное понимание общности миссии читалось в их взглядах.