Роман с идиотом

Потом он проводил гостей в свой дом, он здесь же, в другом конце двора, а сам пришел сюда, посмотрел, как ты себя чувствуешь, предупредил меня, чтобы не выпускала тебя никуда, и -лучше – чтобы дверь в эту комнату, все время была закрыта на засов. Попросил присматривать и если в чем-то будет надо – помочь. Ну, все, как обычно, я же не знала, что и как.

Потом Гиви ушел к себе в дом, а я -сидела в комнате, время от времени, заглядывая сюда. Постелила стеганое одеяло, перекатила тебя на него, положила под голову маленькую подушку, поправила пальто.

И так –сидела при лампе, пока не услышала, что что-то вроде бы упало- зашла – а ты лежишь на полу. Ну а дальше -ты знаешь».

Глава третья.

«А что у вас электричества во дворе нет?»-спросила Мелита. «Раньше у нас здесь была небольшая овцеферма, от колхоза»,– сказала Дарико; -после войны при ней была передвижная электростанция, от неё свет давали и в селение. Теперь фермы нет, в селе почти никого не осталось, а место у нас хорошее, красивое, и речушка родниковая бежит по ущелью, да и большая дорога рядом, но беда для людей – работы нет, никакой.

Я тебе уже говорила, что мы с мужем начинали жить в этом доме. Потом, еще до войны, дети пошли, дом новый построили, только жили в нем семьей недолго, -Война помешала. Дом большой, хороший, утром – увидишь. Там теперь внук наш, Гиви, с женой живет. Так у него теперь своя передвижная электростанция, он её запускает в темное время. А в этот дом, так и не подвели электричество.

Да оно и не к чему, я же – живу вместе с ними, а здесь нахожусь только, когда надо «передержать» девушек, привезенных Гиви. Он это делает всегда сам, никому не доверяет, так как имеет определенный горький опыт…».

«Гиви – сын нашего старшего сына, который живет в Кутаиси. Сыну нашему уже скоро на пенсию, но он еще работает, на хорошей должности, уважаемый человек. И жена у него грамотная, добрая и понимающая. У них один сын, этот самый Гиви.

Не пойму, в кого он удался, такой непутевый.

Еще, когда был молодой, до армии – привез себе уворованную девочку – осетинку, двенадцатилетнюю, не послушал отца своего и маму, не стал переезжать вместе с ними в Кутаиси, а остался жить здесь, вдали от людей.

Детей у них нет, не знаю почему, наверное, потому, что его жена, стала женщиной в двенадцать лет, а может и по другим причинам, не знаю, но детей нет и теперь уже –не будет. Ему уже под пятьдесят, да и ей под сорок.