Нет покоя голове в венце

Карамазинов однако пишет: «Борис, натура мечущаяся, неспокойная, сам никогда не искал царства, довольствуясь ролью регента, но его жена, исполненная гордыни, подтолкнула его к решительным действиям, потому что мечтала стать царицей Гардарики». Ср. Синицын: «Глуховское дело – одно из темных пятен истории. Виновен в том Борис или нет, разобраться не представляется возможным. Скорее всего, среди людей такого высокого положения всегда есть те, кто хочет им угодить. Их инициатива может завести очень далеко». Обратите внимание, о Марфе ни слова.

То есть проще верить в каких-то таинственных карьеристов, чем предположить, что всему причиной обыкновенное желание женщины пожить богато.

Глава 5. Политическая конкуренция

Владимир застыл на пороге. Борис заметил какую-то тень, бродившую по лицу распорядителя, и внутренне подобрался. Что за новая напасть? Владимир чуть заметно жевал губами, и это не могло ускользнуть от цепкого Борисова взгляда.

– Я повторяю, – тихо сказал Борис, – где Шуйца? Я не давал ему никаких поручений.

Я, кажется, ясно выразился. Он должен был сидеть и ждать, когда я его позову.

Борис задумал отправить страшного человека вдогонку за посольством. На свежую голову Борис поймал себя на мысли, что не доверяет полынскому шуту. Лучше перестраховаться. Он надиктовал своему писарю отчет о поездке в Гардарики, который Ягайла должен был преподнести Казимиру. Ради пущего эффекта он выбрал именно Шуйцу. Тот уже был знаком с послом благодаря рыночной авантюре, чтобы он угрозами (если не получится деньгами) заставил посла переписать донесение своей рукой.

– Шуйца уехал вчера, – сказал Владимир, отводя взгляд.

– Куда?! – Борис грохнул кулаком по столу; бумаги и чернильница подскочили.

– По государственным делам, – промямлил Владимир.

Борис запустил пятерню в бороду и покачал головой:

– Володь, ты издеваешься, что ли? Государство – это я, мать твою! Какие у него могут быть государственные дела? Что я повелю, то и есть государственное дело.

Или у нас где еще отыскался государь?

Владимир робко посмотрел на начальство и сказал кротко:

– Его Марфа Васильевна к себе позвала. Они о чем-то переговорили, а потом он взял доброго коня и ускакал.

Страшная догадка мелькнула в голове Бориса. Он на мгновение закрыл глаза, набрал полную грудь воздуха, отогнал дурные мысли и попытался унять заскакавшее галопом сердце.

– Владимир, тут на столе – донесение полынского посла Ягайлы о его визите в Гардарики.