Одинокая женщина не желает знакомиться

И если балкон оказался вне зоны поражения, то все остальное помещение было искусано, изгрызено, разорвано в клочья. Надя подумала, что так квартира могла выглядеть после студенческой вечеринки: повсюду клочки туалетной бумаги, одежда на полу в беспорядке, подушки распотрошены, пух и перья лежат на поверхностях. И запах просто ужасный. Воздух с открытого балкона чуть улучшил ситуацию, но воняло невообразимо. Надя поспешила на кухню, чтобы накормить зверя, лавируя между кучками кала, которые зверь оставил тут и там.

Оказалось, что зверь умеет неплохо заботиться о себе сам: посреди кухни лежал большой пакет с кормом, из его раненного бока во все стороны разлетелись коричневые кругляши. Миска с водой пустовала. Надя решила помочь хотя бы этим: у мойки стояла наполовину пустая (или полная?) пятилитровая бутыль с водой. Пес мешал: он примчался за Надей на кухню, одновременно пытался съесть корм с пола, укусить Надю и кружиться волчком на месте. Надя наполнила миску водой, и пес в несколько хлебков ее осушил. Еще миска – с тем же результатом. И еще. Надя опустилась на стул: а что делать теперь? У нее что, появилась собака? Но у нее никогда не было собак, и она не знает, что с ними делать. Напившись, пес чуть успокоился, и Надя смогла его как следует разглядеть. Пес был довольно симпатичный, с доброй мордой и большими искренними глазами. Надя и раньше видела его, но никогда не смотрела на него как на самостоятельное существо. Для нее он был предметом, дополнением к хозяевам, как сумка, к примеру, или кошелек. А теперь Надя попыталась посмотреть на него как на нечто свое. Есть ли у нее в сердце место для этого зверя? Надя почесала приятную собачью морду, пес завилял хвостом, заурчал, и Надя поняла: ей это не надо. Когда-то она хотела собаку, но когда-то – это не сейчас. Сейчас все изменилось. Завести питомца в ситуации общей несвободы животных означало просто поступить так, как поступают все. Вместе с исчезновением людей сама идея несвободы улетучилась. И делать собаку несвободной по своему капризу значило оставаться человеком в самом плохом его проявлении. Больше нет ни рабов, ни господ, так что перед собакой просто нужно открыть дверь, а дальше уже пусть она сама решает, как быть. И в этом они с Надей будут равны. Или Надя думает об этом, потому что ищет причину, благовидный предлог, под которым она разрешит себе не брать лишнюю ответственность?

Надя задумчиво встала и вышла в комнату.