Фронтовые поэмы и лирические этюды

Быть беде средь бела света

По закону подлости.

Всё бы ладно, да навстречу направлялся к ним

Тот, из реввоенсовета,

Что с мандатом в поезде

Подписал вердикт расстрельный росчерком одним.

Он узнал. Во взгляде злоба

Типа беспардонного.

Этот, властью облечённый, форменный чекист,

Возглавлял отдел особый

В армии Будённого.

Зачищал ряды от контры и от тех, кто чист.

Подходил неумолимо,

С ним его охранники.

Бывших царских офицеров просто так не взять.

Шаг, другой… И всё же мимо.

Нет на лицах паники,

Видно, их придётся позже силой повязать.

Разошлись, как в бурном море

Сейнеры рыбацкие.

Есаул, корнет, поручик миновали сеть.

Счастье хлипко. Когда в горе —

Вина пьёт кабацкие.

Ей испить глоток свободы надо бы успеть.

Три товарища спешили —

Слишком мало времени.

Рядом с ними шла удача, повезёт ли впредь?

Видит бог, они решили

Быть отчизне верными.

Если жить, то жить в России или умереть.

Старый дом.

Трое, да их лошади

Нерассёдланные нынче во дворе стоят.

Может, завтра ждать не стоит,

Если их на площади

Расстреляют или – хуже – в карцере сгноят.

Дух сивушный, смог табачный

Вперемешку с сумраком,

Мысли вслух – те, что у трезвых были на уме:

Царь бездарный, вождь невзрачный,

Стал народ отступником.

Гибнет, гибнет Русь святая в беспросветной тьме.

Оказалась безответной

Преданность их Родине —

Всякой: сильной, слабой, смутной, гибнущей в огне.

А за гранью предрассветной

Брезжил путь непройденный,

И, подкрадываясь, кто-то промелькнул в окне.

Знать, отрезан путь отхода,

Пропадать так с музыкой.

Есаул, корнет, поручик пели русский марш.

Взять в кольцо могли полвзвода,

Но за щелью узенькой

Виден был боец и накрест свисший патронташ.

Куртка-кожанка потёрта,

Со следами памяти

Пуль, и, судя по обличью, он был явно свой.

«Эй, вы там, какого чёрта

С ночи горлопаните?!

Открывайте, я из штаба.

Дверь открыл корнет с наганом,

Глядя с недоверием.

Есаул с поручиком со связками гранат.

К ним могли войти с обманом,

Взять их лицемерием,

К счастью, в дом ворвался только свежий аромат.

Стыл рассвет пастельно-синий

На ветвях акации.

Горизонт морской упёрся прямо в небеса.

«Всем прибыть, – сказал посыльный, —

К месту дислокации.

Торопитесь, полк уходит через два часа».