Скорость

Улыбка была и застенчивая, и в то же время было в ней что-то бесстыжее, требовательное и самоуверенное. Она ему, безусловно, очень нравилась. Возбуждение и дикое желание овладеть этой юной особой было уже выше всяких разумных пределов. Забылись недавний конфликт с женой, обида на сына, чувство осторожности и ответственности, присущее ему: была только она, её улыбка, полуоткрытая кофточка с мерцающей в полумраке салона бледной кожей и соблазнительной ямкой между округлостями упругой груди, блестящие карие глаза и распущенные волосы.

Ничего другого не существовало более, а если и существовало, было второстепенно.

Машина свернула на просёлочную дорогу, поднялась на бугор и притормозила под тенью деревьев. Вечерний бриз шевелил кроны деревьев, звёзды мерцали на тёмном небосводе, дневная августовская жара спала, было тепло и комфортно. Ароматы леса смешивались с запахом моря, и эти природные фитонциды только усиливали его желание. «Сейчас или никогда», – подумал он. Девушка отошла от машины метров на двадцать и спряталась за кустарником.

Он вышел из машины и стоял, повернувшись спиной, но одновременно поглядывая по сторонам: кто знает, какие сюрпризы могут ожидать его в этом тихом месте. Девушка возвращалась.

А ты не боишься так далеко от машины отходить в темноте? – спросил он.

Нет, – отвечала девушка, и, судя по её уверенному взгляду, она действительно не боялась. Надо же. Такая маленькая, а точно смелая.

Я покурить хочу, – сказала девушка. – У меня одна сигарета есть, а вот прикурить нечем.

 – Открыла клатч и достала примятую сигаретку.

Давай от прикуривателя, – он повернул замок зажигания.

Вы же не курите?

Нет. Давно уже бросил.

Значит, в машине нельзя, – со знанием дела сказала прелестница.

Ну, только если люк открыть, – предложил он, – и ты туда вылезешь.

А можно? – с восторгом спросила девушка.

Конечно.

А так, чтобы и ехать одновременно?

Ну давай.

Девушка приподнялась над сиденьем и высунулась в открытый люк.

Ого-го, – раздался радостный крик.

«Нет, всё же она малолетка, – подумалось ему. – Хотя разве их поймёшь, этих девиц, может у меня уже возраст такой, что мне любые младше 25 малолетками кажутся». Он вдруг вспомнил, как много лет назад его тогда ещё не жена, а подружка так же высовывалась, только не в люк, а в окно подержанной старенькой «тойоты» и кричала, пока он лихо проносился на повороте. И было ей тогда 19 лет, как их сыну сегодня.

Недокуренная сигарета полетела на обочину.