Ложь и страх

Ну, на кой хрен мне нужна твоя предыдущая жизнь? Я задал вопросы про его знания и навыки, понял, что он может и мне достаточно информации, а его терминологию и страдания на прежней работе я и знать не хочу. Подполковник хренов. Вообще, яс осторожностью отношусь к бывшим военным, ну, не такие они, как мы гражданские.

Сегодня есть дела, займусь ими, а в мыслях предстоящая реорганизация и моё место в ней. Надо бы активнее предлагать идеи, проявлять инициативу перед начальством, но я же не люблю, точнее боюсь таких активностей.

08:14. Покурить и начинать работать.

Первая половина дня прошла нормально, сходил в цех, убедился, что всё нормально и почти до обеда играл в GS. Мне прислали три часа бонусов и я сразу прошёл восемьдесят четыре уровня. Затем поел, составил перечень задач для конструкторов. Сегодня должны приехать контролёры ОТК, надо подумать, где их разместить и сказать им, что нужно делать. А вот это засада, так как я не знаю, что им положено делать.

Вообще то функционал контролёров ОТК понятен и прост. Но, мы в азиатской конторе, где всё наоборот. Поэтому возникает вопрос, чем и как занять людей. Жду, почта не работает.

14 июля, среда, плюс двадцать три, ясно.

Тревоги, как таковой нет. Вика пошла на работу после отпуска, соответственно, меня не провожала. Грустно. Сегодня на нашем заводе приступила к работе контролёр ОТК. Походим с ней по заводу, всё покажу, начнём вместе бороться с браком. Только этому никто на рад.

Азиаты не любят, когда их контролируют.

Ещё мне нужно попасть на приём к старшему шефу и предложить свой проект по улучшению качества. Вот такая у нас «Дремотная Азия», даже интересно. Непрофессионал будет вносить изменения и вводить улучшения. Прямо страшно за результат.

Беспокоюсь за Аню. До сих пор нет списков поступивших в университет. Фигня какая-то российская. Человек подал документы, а его не вносят в списки. И всё только через компьютер, поговорить вживую нельзя, используем электронную почту.

Ждём уже неделю, а последняя дата двадцать девятое июля, то есть всего одиннадцать рабочих дней. Опять тревожно. И моя дочь Аня совершенно неконтактный и вспыльчивый подросток. Вся на эмоциях, на отрицании, на протесте. А сама ни фига не может сделать, только с мамой и с папой ругаться. Всё бы ничего, но ей нужно обязательно поступить на бюджет, ведь платное образование я не потяну, это точно.