Сборник рассказов

Ирина стала перевязывать рану. Вот закончила, он остановил ее: «Прости меня. Я формировал события, боялся, что еще целую зиму не увижу те6я. Я видел, как ты тревожишься. Наверное, боялась, чтоб о тебе плохо не подумал, или кто-то подумает».

– Я не думала, что тебе ведомы такие тонкие чувства. Последнее время моя жизнь настолько плохая, что я перестала анализировать «что такое хорошо», все плохо. И вдруг ты… Как луч надежды. Я не боялась тебя, много раз видела тебя.

Она сказала ему, что впервые после их знакомства она не захотела выпить горькой.

За последние годы она выпила, наверное, цистерну. Когда муж был здоров, он не давал ей ни с кем дружить и сам не общался, а когда умер, она осталась одна. Во всех углах стояли «пузырьки». Время, когда «пьешь – умрешь, не пьешь – умрешь, а выпьешь – снова оживешь», это время прошло, выпивка не спасала. И дел было много, и времени мало. В любом состоянии она работала, вычеркивая потом на бумаге «прополола», «пересадила», «полила». После смерти мужа пошел большой перебор. Дети ее ругали, но у них своя жизнь, ни делом, ни словом не поддержали даже когда рыдала на кладбище над его могилой. Наоборот, дочь сказала: «Если свалишься, я к тебе не подойду также, как к отцу».

Вот и спасибо. Ни на что не рассчитываю. Кто я такая? Серая мышка. По мне, если что, можно и дорожным катком проехать, я все прощу и вытерплю. Горестно думала, что свет погас и на сцене, и в зале, и в фойе. Несколько раз задумывала наложить на себя руки, но бог не дал.

С детства молилась, вот бог не дал совершить этот грех, а подарил встречу там, где начинается асфальт.

Она ничего не спрашивала у Вадима про жену. Видно, что он больше живет на даче – отопление работает. Женщина ничего здесь не делала, мужское жилье. Чисто, но очень аскетично – ни безделушек, ни картинок, все только самое необходимое. Ирина была так счастлива, что не боялась спугнуть. Часто приезжала к нему, а утром он провожал ее на поезд со своим фонарем. Иногда вместе приезжали и уезжали.

А снег сошел. Они вдвоем вырезали сухую малину, подвязали здоровую.

Почему же они так скучали друг без друга, нежно касались друг друга губами, руками, с трудом отрывались после ласк и близости и оба хотели больше всего, чтоб не нарушилось их счастье. Потому что они среди людей были одиноки друг без друга.

Как случилось, что он жил отдельно от семьи? Это началось в далеком 72-ом. Мать его умерла, отец женился на другой. Вадим остался один.