Горячий север. Роман

Алексей всегда смеялся над её шутками, не сводил с неё своих чудесных зелёных глаз! И руки их касались друг друга по меньшей мере трижды.

Ираида была совершенно раздавлена, а Красильников продолжал наседать. Сделав вид, что с интересом разглядывает какие – то вещи на полке, он тихо произнес:

Про Константина и не знаю, а вот Алексей, тот стал настоящим гулякой. Не сомневаюсь, что скоро он и брата этому научит. – Последовал шумный вздох. – Молодежь никогда не слушает старших, а переизбыток алкоголя и женского общества – это гремучая смесь.

Ираида была готова разрыдаться. В магазин вошел Константин. Девушка кусая губы отвернулась. На Константина она даже не взглянула, а Красильников продолжил экзекуцию.

– Надеюсь, я тебя не сильно расстроил? – Сказал он девушке.

– Ты – меня? – Фыркнула она. – Думаете нормальные женщины не знают, как вы проводите время? Мы не дуры.

– Прошу прощения, что влез не в своё дело, – Красильников скривил губы в наигранным смятении.

Кулаки Константина сжались, он догадался, что произошло и хотел врезать мерзавцу, но постеснялся Ираиды. На лице Красильникова играла победная улыбочка.

Провожая посетителей, Ираида попыталась улыбнуться, внутренне сгорая от ярости. Ну ничего, она ещё заставит Алексея заплатить за ложь!

Снаружи Константин дал волю своему гневу.

– Доволен собой, Красильников? – Прошипел он. – И чего ты добился?

– А ты мне не выговаривай, – презрительно бросил тот.

– Да за такое морду бьют!

Красильников упер руки в бока.

– Давай, рискни! Или кишка тонка? – Он толкнул парня. – Докажи, какие вы с братом смельчаки!

Константин схватил Красильникова за запястья и, напрягая мышцы, сдавил со всей силы. Увидев удивление в глазах мужчины, он с отвращением отпустил его. Забрался в кабину грузовика и завел мотор. Когда все ящики были загружены, он рванул с места так, будто управлял машиной с рождения.

Последующие дни протекали спокойно. Лето было сырым и дождливым. Работа была монотонной и однообразной. Все знали свое дело: кто чинил дома. кто готовил склады и помещения, а кто – то занимался техникой. Константин привык к этой рутине. После разборки у магазина, про которую не рассказал никому, даже брату, Красильников стал осторожнее. Он не особенно учил его чему – то, но уже и не придирался. Однако Константин держал с ним ухо востро.