Пушкин навсегда

Когда там ничего еще не было, нас с сестрой туда, естественно, не брали, да и что нам было там делать? Но со временем мы стали часто ездить на будущую дачу всей семьей.

Мурашки пробежали по всему моему телу. Я не любила это жуткое место. Как и моя младшая пятилетняя сестра, которая каждый раз, как мы сюда приезжали, начинала плакать. Вот и сейчас, повернувшись к ней, я заметила, что в ее больших зеленых глазах стоят слезы, готовые водопадом хлынуть наружу, а нижняя губа предательски дрожит.

Я не переносила ее слез.

Мое сердце всегда сжималось в комок от жалости к ней. Вот и сейчас тоже. Я не могла допустить, чтобы она заплакала.

– Эй, – тихонечко сказала ей я, и взяла за руку. – Не плачь. Все хорошо.

– Не хочу туда идти, – сестра уже начала хлюпать носом.

– Не бойся. Нет там ничего.

– Правда? – с надеждой спросила сестра, начиная успокаиваться.

– Правда. Пойдем.

Мы вышли из машины, и направились к «черному дому», как называла его моя сестра. Это был сруб бани, времянка, в которую мы приезжали, пока строился основной дом.

Небольшая комната, полное отсутствие окон и входная дверь на хлипком засове – вот и все, что представлял собой «черный дом». Единственная тусклая лампочка не справлялась с освещением всего пространства, поэтому днем дверь была все время открыта, а ночью все погружалось в беспросветный мрак.

Мы с сестрой боялись темноты. Нам постоянно мерещились всевозможные монстры, готовые в любой момент нас сожрать, как только все погрузится во тьму.

Поэтому родители, заботясь о нас, всегда оставляли свет, чтобы мы могли спокойно заснуть.

Но однажды даже это мне не помогло.

Хотя в то время в срубе уже появилось окно, репутация «черного дома» не улучшилась. В ненастные, дождливые дни дневной свет плохо проникал внутрь сруба, оставляя его в полумраке.

В тот день погода стояла отвратительная, шел дождь, то затихая, то вновь начинаясь. Это нарушило планы всей семьи отправиться в лес за грибами, и мы все сидели в срубе, занимаясь кто чем мог.

Игрушек мы с собой не взяли, а читать что-то при таком освещении невозможно. Нам с сестрой было невообразимо скучно, и мы развлекались тем, что валялись в наших кроватях друг напротив друга и стучали в стенку. Мы выстукивали азбуку Морзе, которую ни одна из нас не знала, но мы делали вид, что всё понимаем, от чего нам было очень весело.

Наши глупые забавы довольно быстро надоели бабушке, которую весь день клонило в сон, и она пыталась поспать.