Пушкин навсегда

– Там! – я показала в сторону окна, задыхаясь от страха и слез. – Жердяй! Он заберет меня, мама! Я его видела! Он заберет меня!

Чтобы меня успокоить, мама осталась со мной, объясняя, что нет никого жердяя и мне все это приснилось.

Однако после этого случая я ни разу больше не ездила в Громово, несмотря на то, что там стоит большой красивый дом, достроенная баня, и даже есть гостевой дом.

Как бы глупо это ни звучало, но детский страх перед жердяем до сих пор живет во мне. Когда ночью за окном ливень, я долго не могу уснуть, ворочаясь в постели.

Несмотря на занавешенные окна, мне кажется, я слышу, как кто-то царапает стекло длинными, тонкими пальцами.

Готова поклясться: если бы я отдернула штору, непременно снова увидела бы это жуткое бледное лицо в окне своей спальни.

МОТЕЛЬ

Дальнобойщик Алексей клял себя на чем свет стоит.

«Трижды разнесижды! Какой я кретин! На черта было ехать сутки без сна?! Уже за полночь! Я того и гляди рухну сейчас! И как назло – ни одного мотеля!»

Спустя час молитвы Алексея были услышаны: на горизонте засверкала долгожданная вывеска…

На ресепшн его встретила роскошная блондинка.

Не задавая вопросов, она взяла ключи и отвела парня в комнату.

– Хочешь?.. – недвусмысленно спросила она.

Уговаривать не пришлось.

Проснувшись, Алексей в ужасе обнаружил себя на полу склепа в обнимку со скелетом.

Он пулей вылетел оттуда и умчался прочь.

Следующей ночью мотель был готов принять следующего постояльца.

СОКРЫТОЕ В ТУМАНЕ

Усталый путник брел по шоссе в поисках помощи.

Его машина заглохла в нескольких сотнях метрах отсюда. Пока что ему не попадались ни встречные машины, ни заправочные станции, но он верил – подмога близка, сдаваться нельзя.

Смеркалось. Из-за влажности на дорогу начал опускаться туман, и вот уже совсем скоро мужчина не видел ничего, кроме белой пелены. Подняв руки, он потер глаза, лицо…

Вдруг собственные руки вцепились ему в горло и начали душить.

Мужчина понял, что умирает, но ничего не мог поделать…

На границе покидающего его сознания он отчетливо увидел два злобных глаза, уставившихся на него, и зловещую ухмылку, складывающуюся в кровожадный оскал.

ШОССЕ В НИКУДА

Несмотря на увещевания матери о том, что ехать в такой ливень – чистое безумие, Алиса осталась непреклонной. Убедив мать, что лучше ей выехать сейчас, чем тащиться с утра по пробкам из пригорода, девушка отправилась в путь.