Традиции & Авангард. №2 (13) 2022 г.

Сплошная жизнь дана, как белая бумага.

И было мне пятнадцать лет.

И похорон своих я ждал, не понимая,

Зачем конверт пустой, зачем к исходу мая

Не принесли мне весть, что я умру.

Бодлер и Эдгар По легли не слишком тонко

На самолюбие здорового ребёнка.

Я не сыграл красивую игру.

Я не читал их впредь и вырос – вот расплата.

Нет версий, кто во мне увидел адресата,

Да и узнать побаиваюсь, – там

Настолько белое в графе осталось поле,

Что просто тьма!.. Судьбе я сдался поневоле —

И с той поры не верю я смертям.

И сам не открываю бандероли.

«Книга пахнет солнечным осадком…»

Книга пахнет солнечным осадком,

Пылью и июльским табаком.

Никогда не говорит о сладком —

Это видно по твоим закладкам,

Вложенным в желток её тайком.

У неё и позвонки, и мясо,

И она реальнее вдвойне,

Чем рябой и душный запах кваса

И любая истина в вине.

Вне страниц шумит одна трава лишь, —

Может быть, и существуешь ты,

Только если книгу открываешь,

Телом переняв её черты.

«Помнят вены мои, что они становились твоими…»

Помнят вены мои, что они становились твоими,

Что корнями, речными путями впадали в твои,

А потом ужимались и делались будто сухими,

Остывали, дрожали, просили тебя: напои,

Дай механике прежней работать на благо истока,

Пусть пружина качает ресурсы, которые дашь…

Но давление падало. Строчка кончалась жестоко.

Кардиологи охали. Пульса не вёл карандаш.

Вот в стихах, как в палате, валяется сердце нагое.

Но лечение не применяется к ритмам чужим.

Нет покоя мне в артериальном приёмном покое,

Потому что не вместе мы в нём тишину ворожим.

Ильдар Абузяров

Ильдар Абузяров родился в Горьком в 1975 году. Окончил исторический факультет Нижегородского государственного университета имени Н. И. Лобачевского. Публикуется в журналах «Нижний Новгород», «Октябрь», «Знамя», «Дружба народов», «Новый мир» и других.

Автор нескольких книг прозы, в том числе «Осень джиннов», «Курбан-роман», «Хуш», «Мутабор». Лауреат Новой Пушкинской премии и премии имени Валентина Катаева.

Корабль Тесея

Фрагменты романа

Глава 2. Данаи

1

Здесь, пожалуй, пришел черед рассказать о первом этапе моей любви, когда привлеченный плоским картонным изображением девушки-танцовщицы, я подошел к дверям бара «Трибунал», из которых так и несло вселенским загулом.