Цена потери. Повесть

Я теперь часто вспоминаю город моего детства и юности таким, каким он был в те годы…

Впервые встретились мы с Лидией неожиданно – в коридоре института, где я тогда училась.

Надо сказать, что Лида появилась на нашем курсе не в начале учебного года, как положено, а в январе, когда мы все сдавали зимнюю сессию. Потом выяснилось – она явилась после «академки»; помню, я тогда еще удивилась: на первом курсе академический отпуск большая редкость.

Помнится, иду я как-то утром по институтскому коридору в обнимку со стопкой учебников, и вдруг меня буквально сбивает с ног высокая кудлатая девица.

Странно, что она меня не заметила – в ярко освещенном шеренгой окон пространстве коридора только слепой не разглядел бы медлительную толстуху в сером фланелевом костюмчике, коей являлась в ту пору я. Война уже три года как закончилась, а я все никак не могла отойти от воспоминаний о блокаде. И никак не могла наесться вдоволь, все время что-то жевала, толстея неуклонно и катастрофически. Организм пребывал в шоке – еда! Вдруг опять пропадет – нужно съесть побольше… Даже академик и нобелевский лауреат Иван Петрович Павлов смотрел на меня с портрета, висящего на стене, сочувственно – рефлексы, куда деваться, пусть жует.

Помню, что и в момент нашего столкновения я меланхолично поглощала какой-то незамысловатый бутерброд. Девушка, врезавшаяся мне прямо в бок, была тощей и костлявой, что ощутилось мною очень явственно при столкновении. Ее худоба не удивила – мало ли бродило по институту таких «доходяг»! Поразило то, что эта наглая особа, сверкнув глазами небесной голубизны, энергично представилась:

– Лида!

– Маша.

 – буркнула я автоматически, подбирая упавшие книги и потирая ушибленный бок. Словно зонтиком под ребра ткнули! И кусок хлеба упал…

Надо же, нахалка – вместо извинений сообщает, как ее зовут.

– Смотреть надо! – запоздало выпалила я, бережно отряхивая отлетевший к стене кусочек.

– Да ладно, подумаешь! – беспечно улыбнулась девица. Ее улыбка, что удивительно, мне понравилась.

Как я потом узнала, Лида была вовсе не слепая, а просто вела себя таким образом, словно вокруг никого не было. Причем это выглядело очень естественно, как будто она имела веские причины вас не замечать. Впоследствии мы по странной случайности сдружились, наверно потому, что отличались характерами и внешним видом, забавно дополняя друг друга. Вся комичность при этом, безусловно, заключалась во мне.

Представьте парочку – поджарая цапля рядом с рыхлой курицей.