Любовный рингтон

Ветер колючий играет песком.

Мысли, мечтами о странствиях полны,

Сохнут на суше с большим кораблём.

Он кособоко лежит в отдаленье,

К звёздам сиротски рангоут задрав,

Стар, обездвижен в покорном смиренье,

Дремлет, победный кураж растеряв.

Брошенный храм, что покинула паства.

Рубка здесь – купол, бизань-мачта – крест.

Скалится с юта название: «Баста».

Тихо, пустынно и мрачно окрест.

Волны буянят, дразня, набегают,

Не доставая до бака, кормы.

Палубы доски темнеют, сгнивают.

Вместе с оснасткой дряхлеем и мы,

Кто в дни былые, смеясь, бороздили

Гладь океанов, проливы, моря.

С парусом спущенным мы схоронили

Страсть к авантюрам, открытиям зря.

Рано утратили мы, пилигримы,

Цель устремляться к далёким мирам,

Стали угрюмы, скупы, нелюдимы,

Не доверяем пророческим снам,

Но отправляемся в силу привычки

На берег в ночь, когда всходит Луна,

Вспомнить великие битвы и стычки,

Жизнью морской надышаться сполна.

Пасха

Христос воскрес.

В любви отметил я с тобой.

Шёл мелкий снег. Едва заметный,

Лёг иней нежно-голубой.

Ты таяла церковной свечкой —

Тиха, возвышенна, мила.

Я не молил о жизни вечной,

Просил, чтоб рядом ты была.

Обмелевшее море

Ранней не будет весны,

Снова то вьюжит, то снежит.

Солнце сквозь зимние сны

Слабо, безжизненно брезжит.

Поздней не будет любви —

Мы зачерствели от горя.

Наших страстей корабли

Ждёт обмелевшее море.

Пропавшая близость

На дворе закружил листопад,

Побросали деревья одежду.

От ответов пустых невпопад

Оставляю былую надежду.

Отступлюсь, был в упорстве не прав,

Даром душу царапать не стоит.

Проявив свой сочувственный нрав,

Дождь от лжи неприкрытой отмоет.

Он оплачет безмолвно любовь,

Оправдает её безрассудство.

Не вернётся привязанность вновь,

Близость вынести – это искусство.

Дурман страсти

Ты сплела паутину изысканных ласк

Из воздушных движений заботливых рук,

Придыхания трепетных губ – нежных слуг.

Звонкой мухой я влип без сомнений и дрязг.

Ты забросила невод роскошных волос

С лодки сильных эмоций, манящих страстей.

Не порвать мне волшебных пьянящих сетей,

Я запутался в них, обольщённый матрос.

Мысли дерзко смешал восхитительный рот.

Околдованный кролик, покорно сижу,

За змеёй-языком неотрывно слежу,

Окудесил меня шаловливый Эрот.