Масик

«Надо подняться по этой лестнице – а там, скорее всего, тоже будет длинный коридор, с комнатами по сторонам. Только, там они – жилые. Что я, общаг не видел, что ли? Потом останется только прошмыгнуть мимо вахты. Носом чую: это – именно общежитие», – и кот весь собрался, чтобы достигнуть желанной свободы.

Миновав лестницу, он со всей дури дунул по коридору. «Здесь двери нормальные, с занавесочками да с ковриками, и с обувью перед ними. Все до одной покрашены белой краской, как в больнице… Точно – общага. И даже, довольно приличная, чистенькая.

Коляски стоят, шкафы какие-то, даже – велосипед. А вот и вахта! Приторможу, и пройду мимо – вальяжно, будто так и надо», – подумал кот.

Вахтёрша сидела за стеклом, в отгороженном помещении, дверь которого на площадку была приоткрыта. На улицу с площадки вела вниз небольшая лестница. Кот, уже чувствуя запах улицы и свободы, потерял всякую вальяжность и стремглав понёсся по лестнице, как только миновал вахту.

– Ой! А это – что такое? Кто кота завёл? – заорали ему вслед.

Вахтёрша в гневе даже вылезла из своей будки. – Я буду жаловаться коменданту. А ну-ка…

«Сейчас… Поймает», – у кота ёкнуло сердце. За ним снова гнались. И впереди – тупик…

Но тут, на его счастье, входная дверь распахнулась – и в ней показалась средних лет женщина в бигудях и халате, с кипой только что снятого на улице полувысохшего белья. И Жорик, окрылённый надеждой на спасение, опрометью промелькнул мимо тётки, при этом чуть не сбив её с ног, устремляясь на волю всей своей прытью.

Стиранное, свежее бельё женщина, конечно же, выронила. «Простите, дамочка, спасительница моя, но я – очень спешу», – мысленно извинился кот, и был таков.

Вот и улица. «Свобода! Только… Без эйфории… Не расслабляться пока, – приказал он сам себе. – Бежать надо! Вначале – за угол. Угол дома – поворот. Теперь – прочь от злополучных кустов. Осторожно: за газоном – проезжая часть. И вновь – дома. Только, низкие, одноэтажные. Частный сектор. И – подъём вверх. Ступеньки… Куда угодно – только прочь отсюда, и подальше.

И поскорее. После подъёма – снова улицы, улицы, бесконечные улицы… Я устал. Я есть хочу! Очень хочу! Мяу! Мяу!» – бедный кот все бежал и бежал вдоль улиц, туда, куда глядели его желто-зеленые выпученные глаза. И долгое время он боялся остановиться.

«Тьфу ты, опять машина. Выехала внезапно. Чуть под неё не попал. Нельзя же все время бежать! И район города незнакомый… Впрочем, будучи котом, трудно узнать город.