Город Дождей

Пахло вокруг по-прежнему преотвратно, даже для Кроласа, и сквозь дыхательный клапан шлема. А Пещерник наверняка и вовсе страдал: он всегда мучился от ядовитых запахов. Хотя, усилитель запаха теперь он спешно отсоединил; всё равно, ни за что было не определить, заходил ли в тот дом Оливер или прошёл мимо. Нюхач потерял след мальчика. А вернее, его запах.

Интуиция подсказывала Иоганну, что ответ всё же будет внутри старого дома. И, что бы тут ни делали «серые», явились они явно не с добрыми намерениями. А вдруг, мальчик был там? Что они могли с ним сделать?

Как и всякий журналист, Кролас, по долгу службы, часто рисковал быть запертым в какой-либо подвал очередным рьяным ненавистником прессы.

Или, ему нужно было куда-нибудь проникнуть без приглашения. А потому, журналист всегда имел в кармане жилетки набор отмычек. А сейчас, на время похода в подземку, всё содержимое своих увесистых карманов Кролас переложил в поясную сумку, вместе с аптечкой.

Он немедленно достал отмычку, подошёл к запертому дому и стал ковырять замок.

И, после некоторых его усилий, замок подался.

– Хитрый оказался, с секретом, – прокомментировал Кролас.

– Но и ты не оплошал, – отозвался друг.

– Опыт… Сын ошибок трудных.

Это был старый, построенный, по всей видимости, ещё до кислотных дождей, двухэтажный дом с двумя входами: вверх шла железная лесенка, а нижнюю дверь только что открыл Кролас, пропустив внутрь Шнобеля. Несчастный домишко, вместе с частью улицы, полностью провалился под землю. А, быть может, какой-то умник распорядился проложить сверху мост на сваях.

И замуровать старую улицу вместе с домами. Зачастую здесь бывало и такое. Тогда мост или платформа соединяли два небольших холма. Там, сверху моста, вероятно, была новая дорога, тротуары и даже деревья… И неровности холмистой местности сглаживались.

Шнобель, а за ним и Кролас, вошли внутрь. Они знали, что здесь, вероятно, побывали «серые». Дом был относительно целым и даже не слишком сырым. Внутри они обнаружили прихожую с вешалкой и раскрытую дверь в комнату и кухню.

На кухне никого не было. В единственной комнате стоял старинный диван, шкаф, полки с книгами и стол с компьютером. Этот комп был нелицензионный, без блока на выход в интернет. Запретной в городе модели…

Но, самое страшное было даже не в компе. А в том, что на полу, раскинув руки, лежал человек. Это был пожилой человек, слегка седенький, худой, невысокого роста. Тем не менее, с властной посадкой головы и волевым, мужественным лицом.