Rehab. Реабилитация

А в чем фишка-то?

– Ну, пишем вопросы на доске и обсуждаем, каждый высказывает мнение и делится опытом. Моя любимая группа, кстати.

Сверху спускались девчонки с пакетами. По-видимому, в них были Танины вещи. В разговоре я уже и забыл про нее. Они понесли пакеты к выходу. Костя вышел из консультантской, взял их в руки, открыл дверь и пошел на улицу. Мы синхронно ринулись к окну. Через окно было видно, как он, с явной злостью перекидывает их через ворота. Некоторые вещи вылетали из пакетов и падали на землю. Таня, наверное, только успевала их собирать и отряхивать.

Последней вещью, которую кинул Костя, был телефон. Тане повезло, и она поймала его в полете. Из за ворот мы увидели только ее средний палец. Костя повернулся к нам лицом и жестом показал, что спектакль окончен и пора отходить от окна.

– Да, разозлила она его. —сказал Серега. – Ну пошли. Артем, давай два свистка! —крикнул он парню, который просил сигареты.

– Я покурить хочу. Где Алик? —я стал глазами искать старшего дома.

– Да он на улице, скорее всего.

Они с Зауром не всегда на группы ходят. —Серега направлялся к кругу из стульев.

– Офигеть у них лафа. Ну, пусть Костя тогда ведет. Не пойду я на группу. —сказал я и пошел к консультантской.

Костя только зашел и, не успев закрыть входную дверь, понял, чего я от него хочу. Было видно, что он недоволен. Открыв дверь нараспашку, он словно приглашал меня выйти. Спустившись, я повернулся и спросил его:

– Кость, вот тебе зачем это нужно?

– Что? —Костя достал пачку и протянул мне.

– Ну вот работать здесь.

– Да я пока волонтер. Почти уже консультант. Ну, не знаю. Во-первых, я не местный. Работы толком нет, жилья тоже. А так, мне дали жилье. Мы же все вместе живем. Да и постоянно варишься в этом, в программе. Напоминаешь себе, к чему наркотики привели. Сорваться сложнее так.

– Ну ты то хоть понимаешь, что здесь откровенное выкачивание бабла. Вот я договор не стал подписывать.

– И что? Это фантик. Даже, если менты и приедут. Ну заберут тебя, ну пожурят нас.

И все. Не ты первый.

– То есть ты признаешь, что это незаконно и все это прикрывают?

– В какой-то мере да. Но я не все знаю. Я недавно здесь. Врать тебе я не буду, но могу сказать одно, что программа работает.

– Ясно. Я не понимаю одного, у них совсем совести нет что ли? На матерях и родных бабки поднимать?

– Ладно, пойдем уже. —он ушел от вопроса.

– Подожди, я не докурил еще.

Сзади послышался голос и я вздрогнул от неожиданности.