Честные папоротники

Фрагмент из сна

Я часто вижу замкнутый сон, размером с воскресное

утро: у него в перспективе линия берега, чьи-то

высокие руки и косточки слив. Афишницы

в летнем саду, укрытые ленинской

сутрой, и выпуклый – рыбьего глаза муар – объектив.

В нём тесной струной – соломинкой цвета неба,

на волоске от градирни имя твоё, и память

углами играет в досрочное нетто, а

ветер песком заметает кирпичный проём. Там берег

галечной пастью глотает шальные сомнамбулы

ряженых волн, и ближе всего к опознанию

счастья из всех частей речи – глагол.

Прошедшие губы монетой втекают – рудою в словах,

здесь краской подъездной на лестничных окнах

замашисто рисовать: то Junkers трофейный,

то липнущий вывих, то ряску в воде,

где леской пришито от

змеев воздушных

ко мне же моё

-–

нигде.

Матрёшка

I.

Ты меня спрячешь от дождя в шарообразной

тесной сумке – твои нательные рисунки

горят, как выемки вождя, на

стекловидном спящем теле под глинобитной

хохломой, и тянется из подземелий твоя

родня – нарушив строй.

II.

ввинчивая до упора, разделят куклу пополам,

и домотканый сарафан геометрическим

узором – эмаль, стянувшись в

завитки, как стёкла луж под первым снегом, —

покроет конькобежный трек, и из тебя —

как из ковчега наружу выйдет

III.

человек. Уменьшенная часть лица глядит – то

вбок, то без пристрастки – и пламенеют

нефтью краски возле пасхального

яйца из равномерных полушарий – опережая

оспин сыпь, а ты лишь девочка на шаре,

берёзового сока вздыбь.

IV.

Разломится и твой ребёнок – птенец в яичной

скорлупе – и скулами начнёт скрипеть.

Обернутый корой пелёнок,

он будет ждать приход весны – чтобы надеть

цветное платье: ты всем твердишь – он

Божий сын от непорочного

V.

зачатья. В его груди живёт звезда – латунный

домик октябрёнка, и удалая шестерёнка

из воробьиного гнезда вытачивает

женский бюст – такой же, как ржаное тесто —

ногой придавишь – слышен хруст, рукой

прижмешь – поёт невеста.

VI.

фанерная щепа – как яблочко на гжельском

блюде: ты тоже скоро выйдешь в люди —

остановив полураспад самой

себя на чёт и нечет, на верх и низ, на ночь и

день – как прыгающий вверх кузнечик —

ты уменьшаешь свою тень. И

VII.