Освобождение

Почему он ехал с такой скоростью? А подростки? Что за иезуитский смех? Какое отсутствие сердца нужно иметь, чтобы потешаться весь вечер над подобным событием? Женщина? Почему она посылала эти проклятия от всего сердца, ведь говорится же, что никто ей не мешал и слов не вкладывал?

Мир не может быть настолько болен. Где вообще эти хвалёные светлые силы и есть ли у них власть, если позволяют этому твориться, если позволяют править таким вот тёмным?

Нет, кажется, что мир погружен в отчаяние.

Но этот тёмный. Кто заточил его в книгу? Действительно. Даже если он придуман, он же просится наружу. Значит, не может выйти сам. Значит, он заключённый. И кто-то его посадил.

Э, дружище, здесь не всё так однозначно. Похоже, есть какая-то власть над тобой. Кто-то приводит эту планету в порядок! Кто-то ловит вас, мелких бесов, и сажает на цепь. Эх, хотел бы я когда-нибудь так: поднять меч света, «Добро победит! Вперёд».

Я немного успокоился, но, всё ещё летящий в своих мыслях, открыл книгу снова.

Новое знакомство

«Здравствуй, друг, – читал я.

– Ты уже познакомился с моим визави. Бесчестный дух, носящий имя Дэводоно, был заперт мной в эту бумагу. Ему давно пора остудить свой пыл. Окончательно отвернувшись от питающей нити Света, он стал плести всё более изощрённые сети, отравляющие души нестойких людей. Конечно же, он бессмертен, как и все мы. И как ты тоже. Но бессмертие имеет два конца: свободный дух получает право бесконечного созидания, а падший – на многократно откладываемое, но неизбежное очищение.

Зови меня Амэ, друг.

Дэводоно – ловкий манипулятор, он играюче опрокинул состояние твоей души, омрачив только что чистое небо. Давно ли ты испытывал такое? Как точно он толкнул твои мысли, придав простому порыву энергию бури. Но эту бурю легко развеять.