Фантазиста. Первый тайм

Я сглотнул и медленно обернулся, потому что находиться в неизвестности стало уже невыносимо. Каково же было моё удивление, когда я увидел обычного мужичка лет сорока. Правда, обычным его, наверное, всё же нельзя было назвать, потому что одет он был не так, как остальные работники «Резерва». Позже я узнал, что гардероб этого человека не отличается большим разнообразием, впрочем, как и его лексикон и методы воспитания. В общем, передо мной стоял мужчина с уже обозначившейся плешью в и без того редких светлых волосах, с бесцветным лицом и короткой шеей.

Одет он был в светло-коричневый костюм и бледно-зелёную сорочку. Я догадался, что это один из наших педагогов.

– Что ты натворил? – ледяным тоном произнёс он, сдвинув белёсые брови.

– Это не я, – сипло ответил я, слабо надеясь, что мне поверят. – Тарелка сама выскочила у меня из рук.

– Марш за шваброй и совком! – приказал педагог, и от его голоса у меня по спине повторно побежали мурашки. Наверное, обратно в укрытие.

Где находится совок, я не знал, поэтому озирался в поисках хоть какой-нибудь поддержки, но все мальчики завтракали, глядя в тарелки и боясь повернуться в мою сторону.

– Ну? Ты не слышал, что я тебе сказал? – мужчина упёр руки в бока.

Я ещё раз окинул взглядом столовую и увидел официантку, идущую с совком мне на выручку. Когда она приблизилась, педагог остановил её жестом и процедил:

– Синьорина Галетти, отдайте ему веник. Пусть сам убирает за собой!

– Да ладно, Патрик, он же ещё ребёнок! – отмахнулась официантка и хотела уже замести осколки, но этот зануда вырвал веник из её рук и протянул его мне:

– Приступай! А вы, синьорина, не вмешивайтесь в педагогический процесс.

Я, признаться, никогда не делал ничего похожего на собирание осколков, поэтому пришлось повозиться. Управляться огромным веником было неудобно, да и осколки оказались большими для того, чтобы собрать их в аккуратную кучку. Я мучился с ними, Патрик стоял надо мной, подгоняя и покрикивая. Мне это надоело, я присел и руками собрал останки тарелки и пищи.

Такого – с битой тарелкой и кусками омлета – меня и застал дедушка Тони. Они с Гаспаро только что вошли в столовую и сразу запечатлели меня в самом непотребном виде.

– Патрик, что это значит? – нахмурился дедушка Тони.

– Небольшой педагогический момент, синьор Рапидо. Он должен понять…

– Патрик, он ребёнок, а не уборщица! – перебил его тренер. – И унижать воспитанников запрещено по Уставу, если ты помнишь.