Хранители традиций

Быстро принесли ведро с холодной водой, вату и нашатырный спирт.

Минут через десять противник был уже в форме, только нос стал на пол-лица и посинел. Потом мы с этим парнем подружились, он даже стал ходить в мой «Динамовский» спортзал на тренировки, где в сентябре 1978-го во время разминочной игры в регби без правил ещё с двумя напарниками сломал мне при неудачном падении левую ногу. К моей великой скорби, этот мой однокурсник и товарищ уже покинул мир наш. Могу с уважением назвать его имя: Сергей Искандаров.

Надеюсь, однокурсники меня поймут и простят, а его вспомнят добрым словом…

Практически сразу после окончания института меня призвали на срочную службу в ряды Советской Армии.

Наш командир роты, капитан, видимо, был из штрафных, так как заметно перерос свои звание и должность. Из-за этого мучился комплексом неполноценности, который периодически вымещал на безответных солдатах – любил ударить по делу и без.

Узнав про эту привычку, я решил дать отпор. Находясь в наряде, выполнил свою часть дежурства: помыл пол в спальном расположении роты на 80 человек.

Умывальник и туалет (размером в десять раз меньше, чем спальное помещение) должен был по договорённости помыть второй дневальный. Однако пришёл ротный и начал орать, что уборка не закончена, а я вроде ничего не делаю, отдыхаю.

Повёл меня показывать туалет. Там, в безлюдном месте, я почувствовал, что ротный целится меня ударить. Я повернулся к нему лицом и принял стойку. Решил, что стану бить в ответ. Конечно, будут разборки, и меня, скорее всего, сошлют в дисциплинарный батальон.

Но и у ротного отпадёт привычка бить солдат. Капитан животным чувством тоже понял, что я отвечу. Он был мужчина крупный, но сообразил, что я смогу дать достойный ответ. Спеси у него поубавилось. Постояли как бойцовые петухи друг перед другом с минуту, он сплюнул, матерно выругался и ушёл.

На следующий день меня вызвали к нему в канцелярию.

– Ну что, ты у нас, оказывается, спортсмен… Борзый, – начал ротный. – В общем, так: планируются соревнования полка, дивизии, округа.

Я тебя записал на участие по боксу в супертяжёлом весе.

Я понял, что ротный просто хочет меня публично унизить и поквитаться за свою трусость. Сделал слабую попытку избежать позора:

– Вообще-то я не супертяжёлый вес, а между полутяжем и первым тяжем.

– Ничего, поешь больше макарон и перловки – нажрёшь и супертяжа, – «посоветовал» ротный.

Делать было нечего, очень уж ему хотелось моего позора.