Море чернеет

***

В твоём доме, вождь,

Есть вкусная еда, на которую ты охотился.

Потому что твоя жена и дети

Выбрали самые лучшие из плодов

И приготовили их

В любви.

В твоём доме, вождь,

Не скрипят двери.

Потому что твои дочери

Тонкой иглой с масляной каплей на конце

Смазывают петли,

Нашёптывая любовные заговоры.

В твоём доме, вождь,

Зеркала отражают блеск твоих глаз,

А окна пропускают лучи солнца точно такими,

Какими они были, только оторвавшись от светила.

Потому что твоя жена

Вычищает грязь

С запятнанного стекла

И напевает пасторальную мелодию.

Ты заболел, вождь,

И из любви ты желаешь,

Чтобы болезнь взяла на себя жена или кто-то из детей.

Ведь без тебя дом обрушится.

Ты своим громким голосом говоришь,

Как любишь ближних.

Твои ближние не произносят ни слова

В молчаливом сверкающем доме.

***

Перед Новым годом

Во дворе дома появилась кошка.

Пушистая и большая, с комками льда на животе,

Щуплая и крошечная, когда сглаживаешь мех.

Ласкается, словно её предыстория полна

Домашнего уюта.

Должно быть, выбросили.

Я покормлю тебя, кошка,

Но большего дать не могу.

Куда лучше тебе скорее научиться охотиться и воровать,

Да, по скользкой дорожке отчаянных пролегает путь

К жизни.

Я зову тебя Хабиби, но ты не откликаешься.

Чёрный котёнок сидит на дороге,

Я беру его круглый живот в ладонь и отношу в кусты,

Где примята трава и стоит миска с жижей еды и дождя.

Поймёшь ли ты, что сидеть на дороге опасно?

Куда лучше, если на твоих глазах собьют собрата —

Только так ты осознаешь, чему стоит учиться.

Да, по этому вектору пролегает путь

К жизни.

Я зову тебя молчанием, и ты смотришь мимо меня

На дорогу.

Моя кошка дома требует от меня внимания

Даже в самое неподходящее время – в сумерках до зарницы.

И я впускаю её на своё одеяло.

Не открывая глаз, нащупываю рукой её тёплую шерсть

И одним ухом слышу мурчание, не отрывая головы

От подушки.

Да, по этому пути мы живём,

Окружённые множеством неидеальных решений.

Можно ли выбрать лучшее?

Как разобрать, что из множества – лучшее?

Мои мозаичные руки,

Плавятся в твоём разноцветном меху

И формируются в причудливый витраж.

Я зову тебя Фрейя, и ты откликаешься.