Иняз. Книга вторая

Глава 5

В Старом городе, как в историческом центре любого европейского поселения, находились красивейшие старинные здания. Узкие мощёные улочки своим коронным средиземноморским очарованием заманчиво зазывали туристов. Может быть, если бы я попала туда в первый раз в настоящее время, уже основательно попутешествовав по миру, я, конечно, восхищалась бы, но в менее экзальтированной форме. Однако тогда, прожив в закрытом обществе почти тридцать лет своей жизни и вырвавшись на свободу, я всё воспринимала совершенно по-иному.

Восторг вызывало буквально всё: милые крошечные ресторанчики на открытом воздухе; магазинчики без четвёртой стены, выкатившие свои товары на реях прямо на обозрение прохожих; розовые и жёлтые домики с зелёными ставнями окон, такие жизнерадостные и весёлые! Меня почему-то очень сильно поразило то, что дверь в дом находится прямо на дороге! Один шаг с тротуара, повернул ключ в замке – и ты дома!

Мои глаза жадно впивались в каждую постройку, каждый переулочек. Я старалась запечатлеть в своей памяти каждую пядь незнакомой земли, чтобы дома побродить по ней уже в своих воспоминаниях.

Так, то и дело восклицая от восторга: «Ах, какая прелесть!» – я в сопровождении Георгия дошла до площади де Голля, где находился главный в городе монумент Наполеону Бонапарту, у подножия которого в окружении огромных пальм разлеглись каменные львы, очень добрые снаружи и, может быть, страшные только внутри. Кстати сказать, памятник был далеко не единственный, как мы обнаружили. Город рождения Наполеона свято чтил память выдающегося французского императора и полководца.

Недалеко от площади располагалась ратуша, один зал которой переоборудовали в своеобразный музей Наполеона, где хранились его медали, парадные портреты, монеты с его профилем и даже копия посмертной маски. Мы вошли в музей. Мгновенно определив в нас иностранцев, к нам подскочил любезный сотрудник. Никаких аудиогидов тогда и в помине не было, и он, фактически, оказал нам услугу экскурсовода. Перевод Георгию практически не понадобился.

Худо-бедно он понимал, и в этом ему также помогали пояснительные таблички у каждого экспоната, он даже пытался вставить словцо на французском. Если что-то и осталось непонятым, мужская гордость и самообладание не позволили ему и вида подать. Впрочем, когда мы покинули это интересное место, он продемонстрировал весьма неплохое знание истории, поведав мне занимательные курьёзы Наполеоновской эпохи. Я ещё раз убедилась в его умении увлечь женщину.