НеКлон

Клон одиннадцать тысяч сто двенадцать тоже знает, что и в какое время суток съест. Если бы мой друг был хотя бы на сотую долю таким же бунтарём, каким, очевидно, являюсь я, мы бы могли незаметно для всех разнообразить наш рацион обменом наших блюд, как прежде я проделывала это с клоном одиннадцать тысяч сто десять и как делают многие здешние друзья. Но 11112 чуть ли не из праведников, так что на завтрак мне вновь пришлось довольствоваться постной кашей на воде и зелёным яблоком. Благо на завтрашний завтрак у меня с вероятностью в сто процентов будет яичный бисквит – пожалуй, единственный вариант завтрака, который за почти что восемнадцать лет моего существования до сих пор радует меня своим видом на моей тарелке.

По причине того, что основная часть нашего времени уходит на физические занятия и здоровое питание, нашему общему образованию уделяется меньше времени, чем можно было бы и чем того хотелось бы конкретно мне. Наставники утверждают, что нам незачем приобретать хорошее образование и забивать свои головы лишними знаниями, ведь на цель нашего существования это никак не повлияет.

Впрочем, оригиналы некоторых клонов предпочли сделать уклон на изучение некоторых предметов своими клонами, чтобы те изучали те же науки или искусства, которыми занимаются они сами. К примеру, все знают, что оригиналом 12650 является знаменитая шведская флейтистка китайского происхождения по имени Лоу Чжи. Естественно, никто из клонов никогда не слышал игры самой Лоу Джи, но судя по тому, как 12650 управляется с флейтой, её оригинал поразительно талантлива.

С шести до десяти лет нас учат азам счёта и чтения. Уроки математики заканчиваются на уровне изучения простых арифметических операций с числами. Уроки чтения заканчиваются экзаменом, суть которого заключается в прочтении вслух и без запинок одного рассказа, и чтением наизусть гимна Миррор, завершающегося строками: “Мы в мир принесём пламя надежды / Мы телу людскому – спасенья одежды”. После четырех лет обучения счёту и чтению, этим более-менее интересным занятиям приходит конец.

Глубинно мы никогда и ничего не изучали, но на втором этаже когда-то имелась маленькая комнатка пять на пять метров, с одним-единственным столом и тремя шкафами, заполненными книгами. Там были книги и по математике, и по литературе. В основном научные, сложные для понимания труды. Но если начать с правильных книг, тогда можно было приноровиться и углубиться во многие вещи.