Река и мальчик. Рассказы

Остатками здравого смысла я с огромным трудом взнуздал свои шальные чувства и, наконец, разум ко мне вернулся: «Она права».

– Давай расплывёмся ненадолго. Возможно, он снова взялся за бинокль.

Мы отплыли друг от друга метров на десять и с этого расстояния обменивались радостными взглядами и улыбками. Но долго быть порознь мы не могли и вскоре снова сплылись. Опять мы ныряли, обнимались и ласкали друг друга под водой, насколько это было воз-можно.

– Кто он тебе?

– Да так, здесь познакомились, пока тебя не было.

– Ты можешь его послать?

– Ну… могу, наверно. Но не уверена, что стоит.

– А для уверенности что нужно?

– Нужно знать, чего ты от меня хочешь.

– Я тебя хочу, и у меня осталось для этого максимум три дня.

– А потом?

– Потом я уже не буду себе принадлежать ни здесь, ни в Москве, куда уеду.

– Ну что ж, ответ честный и исчерпывающий. Видишь ли, я тоже тебя хочу, вот прямо сейчас бы тебе отдалась. Но три дня мне мало. Я уже не девочка, мне пора в тихую гавань. Есть у тебя тихая гавань для меня?

– Нет.

– Вот видишь… так что не буду я его посылать. Он как бы серьёзно в отношении меня настроен. Не женат. Зовёт с собой, обещает любить и холить. И мне он нравится, хоть и не так, как ты.

Я снова увлёк её под воду, где с нежной силой мял, тискал и прижимал к себе её прекрасное тело. Стало только хуже, градус неудовлетворённости повысился, и мне казалось, что море вот-вот закипит вокруг нас. Мы едва не задохнулись, так не хотелось всплывать. Отдышавшись я спросил:

– Ну и что же нам делать? Ты ведь хотела что-то придумать.

– Уже придумала, если ты от своей подружки сможешь отлипнуть ночью.

– Думаю, что смогу.

– Тогда слушай. По соседству санаторий. У меня там знакомая – старшая медсестра. У неё ключи от процедурной. Ну а ночью какие процедуры?! Своему я скажу, что нездорова, и мы сможем встретиться.

– Понятно. Вариант отработанный, – сказал я с неожиданно прорвавшейся ревнивой ноткой.

– Милый, не будь занудой. Ты же меня хочешь?

– Ещё как!!!

Мы снова нырнули…

– Слушай, мне придётся уехать этой ночью.

– А по телефону нельзя?

– Нельзя.

– Ну да, понимаю, вы люди государственные, – сказала она, даже не пытаясь скрыть сарказма в голосе. – Только дуру из меня не надо делать. Видела я, как вы друг на друга пялились.

– О чём это ты?

– Не о чём, а о ком. О той шикарной брюнетке, с которой ты плавал в сторону горизонта.